Нестандартное заявление

Нестандартное заявление

Так что было на заседании Высшего Евразийского совета на самом деле

Не утихают эмоции вокруг выступления президента Казахстана на саммите «союзников» из ЕАЭС. Одни всецело поддерживают Касым-Жомарта Кемелевича и готовы простить ему все былое, другие скептические относятся «к этому спектаклю», третьи с тревогой ожидают информационных атак и провокаций со стороны «северного друга». Однако никто особо не задался вопросом, на фоне чего произошел «демарш Токаева»? Давайте, разберемся.

Действительно, практически все казахстанские и ряд «союзнических» СМИ акцентировали внимание только на спиче президента Казахстана. Вместе с тем, оно было лишь в череде выступлений других президентов. При этом, на официальных их сайтах об этом упомянуто не было.

Исключением стал только ресурс президента Белоруссии. Именно с него, как председательствующего, была начата встреча. Открывая заседание, он подчеркнул, что главным вопросом повестки дня является именно принятие «Стратегических направлений развития евразийской экономической интеграции до 2025 года». Александр Григорьевич, сам иногда умилявший толпу казахстанских виртуальных противников ЕврАзаЭС своими «смелыми высказываниями», назвал этот документ «планом действий по углублению отношений, и своего рода поворотным пунктом на пути восстановления и повышения темпов развития экономик наших стран».

Дальнейшее пересказывание речи товарища Лукашенко (в том числе, как он назвал Россию «локомотивом интеграционного объединения») не входит в наши планы, поэтому перейдем к тому моменту, когда председательствующий поднял тему регламента. Мол, можно и единое заседание провести, без традиционного совещания в узком составе. Все согласились. Не против был и Касым-Жомарт Токаев, но он не преминул вставить реплику – хорошо бы дать каждому президенту «выступить по всем вопросам».

Теперь уже можно понять, почему Касым-Жомарт Кемелевич вдруг решил уточнить это, но тогда виртуальный «тамада» мероприятия мирно заявил: «Абсолютно с вами согласен. Президент вправе выступать по всем вопросам и сколько захочет раз. Мы никогда не ограничивали, это наша традиция». Понятно, что речь нашего президента была приготовлена заранее, но если рассмотреть ситуацию с психологической стороны, то это был искренний порыв с мимолетным сомнением, что ему не дадут высказаться,хотя он так долго готовился.

Следует отметить, что Токаев выступал вторым после премьер-министра Армении Пашиняна, а после него слово было предоставлено главам Кыргызастана и России, а в конце – президенту Молдовы, присутствовавшем на онлайн-саммите в качестве наблюдателя. Однако никто из них, в том числе и председательствующий на заседании, в ходе выступлений никак не отреагировали на заявление Токаева, фактически ставящего под сомнение принятие «стратегического документа». Владимир Путин, который во время выступления Касым-Жомарта Кемелевича (да и других выступавших) возился со своими бумагами и записями, и вовсе заявил, что проблем с принятием этой стратегии нет, назвав единственным нерешенным вопросом проблему с тарифами на газ. Другими словами, все просто зачитали подготовленные речи, особо не балуя публику экспромтами.

А ведь хозяин Акорды, по большому счету, как раз обратил внимание на то, что главам государств следует в большей мере проявлять инициативу, а не тупо ставить подписи под подготовленными экономической комиссией. Кстати, к ней у Токаева было много вопросов и даже претензий. В том числе он недвусмысленно, но по дипломатически тонко заявил о несправедливом ее формировании – не в процентном отношении, а от того, кто сколько платит. Этот немаловажный вопрос тоже как-то ускользнул от внимание его коллег по ЕАЭС.

Таким образом, можно сказать, что нестандартное выступление президента Казахстана на саммите в лишний раз доказало, что это изначально мертвая организация, нетерпящая инициатив и отхода от заранее очерченных рамок. Но Александр Лукашенко, в отличие от других участников совещания, не мог проигнорировать этот спич, поэтому решил смягчить обстановку и предложил принято документ в целом, при этом подчеркнув:  «Он не имеет срочных к реализации предложений. Это стратегия. Поэтому спешить некуда, за исключением пункта по природному газу. И то, даже если мы примем в такой формулировке по природному газу решение, это не конкретное решение. За ним будут следовать конкретные переговоры».

По предварительной договоренности и по предложению Касым-Жомарта Кемелевича, это должна быть очная встреча, которая состоится в октябре в Минске. Конечно, до этого времени много чего в стране может случиться, да и во взаимоотношениях Казахстана с «локомотивом интеграции» тоже могут произойти видимые или скрытые изменения, но до осени Акорда должна существенно подготовиться. В принципе, критика Токаева тоже произошла не случайно, хотя для многих наблюдателей она была своеобразным сюрпризом. Но вот хозяин Кремля, судя по всему, нисколько не удивился и, как было сказано выше, был сильно увлечен перебиранием своих бумаг. Поэтому то, что произошло 19 мая на саммите глав государства ЕАЭС можно считать одним из этапов новой политики Астаны.

Впрочем, это тема для отдельного разговора, который более детально можно развить спустя неделю-другую, когда пойдут свежие новости с хэштегом «еаэс». А пока нужно просто объективно и хладнокровно наблюдать – тем более, власти Казахстана (как и им подобные из других стран) никогда мнение народа относительно этого Союза спрашивать не собираются.

 

 

Мирас Нурмуханбетов

 

 

Фото: с открытых источников