14.06.2019, 02:25
Platon.Asia

Декрет о мире, или Ты мне доверяешь?

Одним из первых декретов избранный президент Касым-Жомарт Токаев подписал Указ № 3 «О создании Национального совета общественного доверия при президенте РК».

 

Весьма противоречивое название для наших широт, хотя, по сути, нужное и полезное. Но что за этим стоит, кто кому должен доверять и, вообще, осуществимо ли это на деле? Попробуем разобраться.

 

Итак, в первый день своего президентствования Касым-Жомарт Кемелевич первым же указом перевел действующих министров и глав ведомств, напрямую ему подчиняющихся, в разряд «исполняющих обязанности», следом это коснулось акимов регионов – они тоже стали И.О., как и он сам до последнего момента. Эти два исторических документа, по сути, были формальными. Даже более формальными, чем последующие указы о назначениях.

 

Зато Указ за номером «3» стал первым значимым документом, подписанным вторым в истории Казахстана президентом после обретения им легитимности (приставки «всенародно избранный»). Теперь (край - к середине лета) у нас будет Нацсовет общественного доверия с существенным дополнением – «при президента РК». Про эту особенность ниже, а пока немного истории и ассоциаций.

 

Данный указ, который пока нам не указ, напомнил Декрет о Мире, известный каждому советскому школьнику. Тому, кто подзабыл или обучался уже при независимости, напомним – это самый первый документ, рожденный советской властью практически сразу после Октябрьского переворота 1917 года. Кстати, бытует устойчивое мнение, что он был подписан Лениным (который Ульянов), на самом же деле Владимир Ильич лишь разработал этот документ, а принят он был на Втором съезде Советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов.

 

Забавно читать, но в этом Декрете, кроме всего прочего, предлагалось «всем воюющим народам и их правительствам начать немедленно переговоры о справедливом демократическом мире». Так и написано – про демократию и справедливость. Еще там было «твердое намерение вести все переговоры совершенно открыто перед всем народом», а сам документ, по задумке, был обращен к правительствам воюющих стран – тогда Первая мировая была в самом разгаре. На самом деле, как отмечали аналитики и политологи еще 100 лет назад, это был призыв к «мировой революции», а обращен он был не к руководству противоборствующих государств, а к их населению – смести это самое руководство, создав новое государство по образу и подобию России.

 

Во Всемирной истории Декрет о Мире остался лишь бумажкой, на которую так никто из адресатов и не отреагировал. Мировой пожар особо тоже не получилось разжечь, а мир для большевиков оказался позорным, «Брестским». В общем, затея Ленина провалилась, да и мира, как такового, он не очень хотел. Достаточно вспомнить другой его тезис (за пару лет до этого) о необходимости перевести мировую войну в гражданскую. И это у него хорошо получилось, если можно так выразиться.

 

Касым-Жомарт Кемелевич, в отличие от Владимира Ильича, никоим образом не хочет войны – ни мировой, ни гражданской, ни даже межклановой, заложником которой стал в этот странный транзитный период. Исходя из логики и видения ситуации из окон Акорды, создание Национального совета вполне логично и даже своевременно. Но повторимся – с точки зрения и логики руководства страны. И она же говорит, что такую структуру нужно непременно организовывать при президенте и усилием сверху. Иначе же наш инфантильный народ может не понять.

 

Уже более близкая история говорит, что власть пыталась с начала нынешнего тысячелетия несколько раз создавать такие структуры. Сначала была ПДС – площадка, которая создавалась даже при некотором участии оппозиции в виде осколков ДВК первого созыва. Уже мало кто помнит, что это такое, но более запомнилась последовавшая за ней новая комиссия. Это была Национальная Комиссия по Вопросам Демократии. Она больше запомнилась по аббревиатуре – НКВД. Понятно, почему оппозиции, тогда еще вполне живой и четко различимой, не очень хотелось участвовать в ее работе.

 

Позже были и другие задумки, которые также спускались сверху. В крайнем случае, это были «инициативы» политических партий, которые принято называть провластными. В последние годы политического штиля, когда оппозиционное поле практически полностью было зачищено, гражданское общество ушло в глубокую спячку, а понятие «независимая пресса» стало устаревшим, необходимости в таких структурах не было. А тут, сами понимаете, потребность великая возникла.

 

С идеей этой организации все понятно без особых пояснений – власть оказалась не готова к внезапному пробуждению гражданского общества в разных его ипостасях. Поэтому такая срочность понятна – важно было заявить побыстрее, что новый президент жаждет заручиться общественным доверием. Никто даже не подумал, что тем самым он как бы намекает на то, что таковым не обладал его предшественник.

 

Ну, не заметили, и ладно. А мы обратим внимание на другое – букву самого Указа № 3. В нем, в частности, говорится, что всеми делами будет заниматься Администрация президента (руководителем вновь переназначен г-н Сагинтаев), которой в месячный срок следует «провести консультации с лидерами политических партий, неправительственных организаций, представителями гражданского сектора по вопросам формирования Совета и порядка его работы».

 

Потом положение о Совете и его состав должен будет представлен президенту на утверждение. По задумке, которую он озвучил прямо на инаугурации, первое заседание НСОД должно состояться в августе. «В совет войдут представители всего общества, включая молодежь», – заверил Касым-Жомарт Кемелевич с той же уверенностью, с какой пару месяцев назад обещал честные выборы.

 

Пообщавшись с руководством регионов (на тот день все они были еще И.О.), он поручил акимам класса «А» внести свои предложения по кандидатурам в Нацсовет. При этом избранный президент подчеркнул, что это должны быть наиболее достойные представители регионов и любая протекция недопустима. Тут невольно вспомнилась фраза из «Убить Дракона»: «Это не народ! Это хуже – это лучшие люди города!».

 

Про протекцию, конечно же, насмешил, но акимы могут понять по-своему. Они постараются подобрать людей, которые доверяют президенту. Туда даже могут войти те, кто поздравил его с избранием едва дождавшись результатов exit-pool. Или уже проверенные кадры, которые не станут задавать неудобные вопросы в прямом эфире. Зато для отчета АП будет благодать – картинка, как власть ведет диалог с обществом (здесь два последних слова можно закавычить по отдельности). Поэтому выразим пессимизм по поводу эффективности этой задумки – даже если в Совет случайно возьмут того, кто захочет развернуть в главном кабинете Акорды плакат «От правды не убежишь!», вряд ли он сможет пронести его через бдительную СОП.

 

О каком доверии тогда может идти речь?

 

Аман Есен

 

Читайте еще:
Мнение