Антизападного стратегического альянса не будет

Антизападного стратегического альянса не будет

Казахский политический аналитик Айдар Амребаев: Центральная Азия достойна стать состоятельным, консолидированным субъектом не только в региональной, но и глобальной политике.

- Айдар, ранее Китай, видимо, не хотел сильно сближаться с Россией, опасаясь западных санкций. Но теперь, когда «трения» между США и Китаем достигли серьезного, тревожного уровня, можно ли ожидать от Бейджина, что он может начать тесное сближение с Россией, вплоть до создания с нею некоего стратегического альянса? Рискнет ли на это Китай, учитывая свою сильную глобализированность, встроенность в мировые цепочки распределения и зависимость от ключевых рынков сбыта своих товаров в лице Евросоюза и США?

- Я считаю, что ситуация неоднозначна. Китайско-российские отношения имеют достаточно длинную и очень противоречивую историю. Они носят в большей степени геостратегический характер, чем зависят от тактической конъюнктуры, к которой можно отнести и ситуацию с санкциями в отношении России и «торговую войну» США и КНР. А стратегия заключается в том, что эти два государства обладают серьезными амбициями, историческими и практическими, - доминировать не только в региональной политике, но и в глобальной перспективе. Посмотрите, сегодня и в России, и в Китае говорят о возрождении былого величия. Настроенность элит на определенный исторический реванш очевидны. С моей точки зрения, эта общая установка - это тот фон, на котором строят свой политический капитал лидеры этих двух стран. Это то, что их сближает. Кстати говоря, и Дональд Трамп с его лозунгом «Сделать Америку снова Великой» не так далек от них и вполне разделяет харизматический стиль правления… Однако, если посмотреть глубже, то Китай давно выбравшись из шинели «младшего брата России» (как когда-то в советский период!), не будет играть по ее правилам. Более того, теперь уже Пекин позволяет себе в отношении России «покровительственные нотки», обладая довольно серьезными экономическими возможностями. Я имею в виду емкий и все более состоятельный рынок потребления, накопленные инвестиции и опережающие темпы технологического развития. Россия в этом контексте все еще пытается спекулировать на «былой славе» прошлых достижений, не способная сформировать свой новый образ лидера.

Может и хочет ли Чжуннаньхай сформировать нечто подобное «стратегическому альянсу, союзу» с Кремлем? Думаю, что нет. Они находятся в разных весовых категориях и на разных ступенях условной иерархии, претендующих на первые места в глобальной табели о рангах, «глубинных государств». Как известно, китайской политической традиции Поднебесной характерно китаецентричное восприятие мира, в котором никто не может сравниться со Срединным государством, поскольку представляет собой варварскую периферию. Хотя древние стратегемы предполагали все же возможным, использовать «варваров против варваров»… Но только не в равноправном союзе, а именно использовать «силу противника», который рангом ниже!

Часто говорят о том, что Китай в этом возможном стратегическом альянсе занимает роль экономического фундамента, тогда как Россия - это все еще довольно весомый военно-политический аргумент… Однако сегодня мы наблюдаем активные действия Пекина по наращиванию своего политического влияния, в том числе и военной мощи, передовых информационных технологий и пр. Мне кажется, Китай будет двигаться в собственном формате и дальше. Если для России «разворот на Восток» - это вынужденная мера от безысходности, то для Китая российский вектор - это одна из возможных конфигураций тактических решений в ряду многих. Может в каких-то символических, тактических решениях и будет демонстрироваться «особое расположение Пекина», но стратегически вряд ли. Хотя, конечно, есть общее коммунистическое прошлое у этих стран и быстро расходящееся политико-экономическое настоящее. Думаю, что со временем, со сменой поколения постсовка в России и взросления «поколения возродившегося Китая», это будут страны не только с разными цивилизационными образами, но и разительно отличающимися социально-экономическими параметрами и политическими амбициями. Уже сейчас можно видеть разницу между уровнем и значением для Пекина диалога первого уровня: китайско-американского диалога и всех остальных, в том числе российско-китайского. На кону разные ставки… От китайско-американского разговора зависит гораздо больше, чем от встреч Владимира Путина и Си Цзинпиня. Такова реальная проза жизни…

К тому же нет встречного импульса с обеих сторон. Думаю, что расчетливые китайские чиновники ясно отдают себе отчет в том, что никакой «стратегический альянс с Россией», даже в самом лучшем виде не компенсирует двусторонний торговый оборот с США. Да и в самой России к любым китайским инициативам относятся с настороженностью. К примеру, Россия не особо жаждет войти в сообщество единой судьбы с Китаем. Так что ожидать какой-то «антизападный альянс» вряд ли стоит.

Примером такого несостоявшегося ожидания является сегодняшний ШОС, который постепенно утрачивает изначальный конструктивный «шанхайский дух» сотрудничества, превращаясь в «клуб по интересам» стран с расходящимися на практике национальными интересами и стратегиями развития (особенно после расширения состава стран-участниц ШОС за счет Индии и Пакистана). Сегодня в тезаурусе нового политического лексикона все больше наблюдается появление терминов с неуловимым полисемантическим содержанием, таким как то же пресловутое «сопряжение»…

- Между тем пандемия коронавируса может подвигнуть Китай более интенсивнее расширять свою экономическую экспансию, например, в Центральной Азии, чтобы хоть частично восполнить потери по объемам реализации своих товаров в некоторых странах мира. Айдар, насколько это возможно и стоит ли вслед за этим ожидать своеобразной Большой игры в ЦА между США и КНР? При этом какую позицию может занять Россия, учитывая, что для нее ЦА – зона «исторически обусловленных» национальных интересов?

- Я бы не стал строить иллюзии по поводу того, что Китай прям «ринется восполнять свои потери в Центральную Азию»… Во-первых, у Китая свои долгосрочные планы, где региону отводится не самая значимая роль… И во-вторых, как рынок мы абсолютно не интересны нашему восточному соседу, тем более в таком рассыпанном, дезинтегрированном состоянии. Мы живем в разных режимах тарифных соглашений. Таможенный Союз и затем ЕАЭС нанес довольно чувствительный удар по интересам Китая в Центральной Азии. Это было проявлением тех самых, как Вы сказали, «исторически обусловленных» экономических интересов России. Мы оказались заложниками этой «игры». Теперь Китай реализует свой план «Б», - инициативу «Пояс и путь», который имеет как свои «пряники», так и издержки…

Что касается «Большой игры» между США и КНР в регионе, то нас все больше затягивает в «воронку» противостояния. Торговые войны и санкционные режимы дестабилизируют экономическую среду, дезориентируя субъектов бизнеса, что препятствует долгосрочному стратегическому планированию. К сожалению, мы еще не достигли достаточного уровня суверенности и состоятельности, чтобы успешно противостоять этому. Нас фактически принуждают принять ту или иную сторону, не учитывая наши собственные интересы. Последний визит госсекретаря Майкла Помпео в регион был обусловлен именно этим. Ответом на него стали нетипичные для китайской дипломатии жесткие отповеди в ответ. Показательной является и агрессивная риторика Кремля в отношении постсоветских республик. Неизвестно, какие еще «подарки» нас ждут?

В данной ситуации, думается, разумным выходом может стать стратегия укрепления национальной состоятельности каждой из республик, усиление их функциональной силы и начало строительства интегрированного региона Центральной Азии перед лицом общей угрозы. Апелляция к какой-либо внешней силе способна нарушить хрупкий баланс между ними в регионе. Абсолютно убежден, что проблемы региона должна решать сама Центральная Азия - совместными усилиями самих стран. Опыт «Большой игры», в результате чего регион фактически распался на части и оказался на обочине истории, должен нас чему-то научить…

- Айдар, есть сведения, что в Москве сейчас сильно озабочены расширением влияния Китая на наш регион. В этой связи может ли Москва начать как-то противодействовать интересам Китая в ЦА?

- Собственно говоря, я уже сказал, что создание Таможенного Союза явилось таким шагом по противостоянию экономической экспансии Китая. Сейчас ситуация усугубляется еще и усиливающейся конфронтацией между всеми участвующими внешними силами, а также неясными перспективами пандемии. В отношении китайско-российского противостояния в Центральной Азии, могу сказать, что, несмотря на кажущуюся дружественность отношений между ними, маховик китаефобии раскручивается в регионе, в том числе и через российские информационные ресурсы, которые, как известно, контролируют информационное пространство региона.

- Айдар, как думаете, в свете сказанного, каковы перспективы ЭПШП для ЦА? Ведь заявленное сопряжение ЕАЭС и китайского ЭПШП есть не что иное, как обычный дипломатический меморандум о намерениях, который вряд ли будет реализован на практике, так как России это, должно быть, невыгодно.

- Кстати говоря, Соглашение о сопряжении, подписанное между РФ и КНР в 2015 году, хоть и предполагало сопряжение ЕАЭС и инициативы ЭПШП, на деле было принято единолично Россией без согласования с партнерами по Союзу. Оно было получено спустя некоторое время постфактум. Однако даже это не сделало данное Соглашение дееспособным. На практике оно действительно стало просто символической декларацией, в которой каждая сторона «оставалась при своем». Именно поэтому в рамках Соглашения ЕАЭС и ЭПШП нет ни одного реализованного на многосторонней основе проекта.

В отношении дальнейшей судьбы «Пояса и пути» тоже есть целый ряд неясностей в реализации уже подписанных соглашений. Например, между Казахстаном и Китаем есть известное соглашение о строительстве 55 предприятий при китайском участии. В условиях пандемии и повсеместном экономическом протекционизме их судьба под большим вопросом. Возникли факторы непреодолимой силы, как объективного, так и субъективного характера. Закрытие границ, карантин, ограничения на ввоз иностранной рабочей силы приостановили реализацию совместных проектов. Кроме того, в самом Китае сейчас упор делается на собственные ресурсы и стимулирование внутреннего потребления, поддержку высокотехнологичного производства. Очевидно, и нам в Казахстане нужно провести корректировку экономического курса с ориентацией на мотивирующие методы экономического администрирования взамен карательных и ограничивающих. Понятно, что ситуация с коронавирусом - это серьезный вызов, требующий экстраординарных мер, но для отечественного малого и среднего бизнеса без должной поддержки спроса населения со стороны государства, это вопрос жизни и смерти. Происходит стремительное падение уровня жизни населения, монополизация отдельных секторов экономики и высокий уровень коррупции, которые усугубляют общий фон наступившего экономического кризиса. В этой ситуации надежды на участие нашей страны в крупных масштабных стратегиях и инициативах тают на глазах.

- Айдар, учитывая все описанные коллизии, непонятно, что станет драйвером отношений Пекина и Москвы по Центральной Азии? Раньше в регионе они вроде проводили политику с толерантным учетом интересов друг друга.

- Считалось, что действительно Россия и Китай, как два ключевых внешних фактора в Центральной Азии, согласованно «разыгрывали региональную карту», например, говорилось о том, что зона ответственности России - безопасность, а Китая - экономика. Однако с течением времени выясняется, что ни о какой безопасности без выверенной, обоснованной и прагматичной экономической политики не может быть и речи. И наоборот, экономическое развитие требует обеспечение гарантий безопасности инвестиций, предсказуемости политико-экономических решений и т.д.

В этой ситуации сложно сказать, что может послужить драйвером гармонизации внешнего влияния. С моей точки зрения, только скоординированное и скооперированное объединение усилий стран региона способно создать Общий состоятельный рынок и спрос, который способен «родить» предложение и должное внимание со стороны внешних игроков на открытых рыночных правилах, без попыток закрепления эксклюзивного права за одним из них, каковы бы ни были идеологические обоснования этого. Необходимо всеми внешними силами принять правила «fair play» (честной игры) как по отношению друг к другу, так и, в-первую очередь, сориентированную на интересы самих стран региона. Центральная Азия и исторически, и по реальному потенциалу, достойна из объекта влияния стать состоятельным, консолидированным субъектом не только в региональной, но и глобальной политике.

- Айдар, острая конкуренция держав, разумеется, не будет способствовать стабильности и безопасности нашего региона. На Ваш взгляд, что нашим странам нужно еще сделать при таких не радужных геополитических перспективах?

- Я являюсь горячим сторонником активных кооперационных связей между странами региона. По моему глубокому убеждению, необходимы последовательные шаги навстречу друг другу с углублением сотрудничества и постепенной институционализацией всего процесса сближения. В политической сфере я бы рекомендовал перевести ежегодные консультационные встречи лидеров стран Центральной Азии в какой-то постоянно действующий орган с поочередным председательством каждой страны. Регламент деятельности должен быть максимально гибким и широким, позволяющим учитывать интересы всех участников. Необходима концентрация внимания на решении наиболее актуальных вопросов развития, не терпящих отлагательств. Например, скорейшее консенсусное решение вопросов делимитации и демаркации границ между странами, трансграничного водного регулирования. В экономической плоскости актуальны вопросы создания общего рынка, по крайней мере, зоны свободной торговли между странами, создание условий для свободного перемещения труда, капитала, товаров, услуг, создание арбитражного суда и т.д. Важными проектами также являются проекты энергетического консорциума, единого центрально-азиатского транспортно-логистического хаба, центра противодействия наркотрафику и распространению экстремизма и пр. Если странам Центральной Азии удастся взять на себя ответственность за собственную судьбу, то влияние внешних сил также будет сгармонизированным и согласованным.

Айдар, рахмет за интервью!

 

 

Подготовил Талгат Мамырайымов

 

Фото: https://www.discred.ru/