21.02.2020, 04:00
Platon.Asia

Тест на протест

Митинговый экзамен для власти и оппозиции

Государство и власть однозначно не готовы к претворению в жизнь нормы, заложенной в 32 статье Конституции РК (о праве на мирные собрания). Это стало ясно после представления нового варианта митингового закона. Но и о готовности к цивилизованному протесту населения тоже трудно сказать однозначно. И на этом фоне в субботу грядут сразу два митинга, один несанкционированней другого.

Выступая с посланием народу в начале сентября, «ноль-второй» президент вдруг заговорил о необходимости развивать митинговую культуру, причем сделав акцент не на поправках в существующий закон, а на совершенно новый нормативно-правовой акт. В декабре, на заседании Нацсовета, он больше конкретизировал эту тему, сделав акцент на внедрении уведомительного характера митингов. И вот, на прошлой неделе был представлен законопроект «О порядке проведения и организации мирных собраний» был представлен на общественное обсуждение.

Если говорить совсем коротко, тот оно вызвало не обсуждение, а осуждение. Причем, поделом. Правозащитник Евгений Жовтис удачно назвал его законом о резервациях, так как, действительно, в нем шла речь о том, как ограничить право граждан не только на мирные собрания, но и на одиночные пикеты. Кстати, понятие «демонстрация» теперь более расписано, и, оказывается, участие одного человека в ней тоже попадает под этот термин. Вообще, в новом варианте власти учли огрехи (на свой взгляд) пока существующего в плане недосказанности и возможности широкой интерпретации. Сейчас же все более конкретизировано – точнее, все запреты расписаны.

Практический каждый пункт законопроекта вызывает то улыбку, то недоумение, то негодование. Непонятно почему, в нем в качестве участников митингов оказались журналисты, которые теперь по первому требованию представителя власти (представителя акимата, прокуратуры или полиции) должен тут же отдать отснятый материал. При этом корреспондент обязательно должен иметь отличительные знаки, утвержденные «уполномоченным органом». Кроме этого, по некоторым поправкам, работа журналиста на несанкционированном митинге может стать поводом для закрытия СМИ, которые они представляет.

«Достижением» законопроекта власти считают введение уведомительного характера, определив при этом разницу по числу участников – мол, если меньше 249, то можно не ждать разрешения (оно тоже с 10 до 15 суток увеличилось). Но и для уведомления нужно собрать столько документов (от списка приглашенных СМИ до указания финансирования акции), что легче выйти на несанкционированный митинг – и ждать не надо, и эффекта больше будет.

В общем, ни о какой либерализации митингового законодательства и речи нет, в чем можно убедиться, проанализировав уже вышедшие материалы на заданную тему или самому найти в Сети этот законопроект, выставленный для того, чтобы создать видимость всенародного обсуждения. Между тем, интерес к этой теме среди народонаселения растет постоянно. Может быть, гиперактивности у людей в обсуждении нет (одни не верят, что можно что-то изменить, а другие по привычке думают, что за лучше «не светиться»), но практика показывает, что протестные настроение в стране растут.

Понятно, что есть широкая прослойка населения, которая готова к цивилизованному и, говоря языком властей, культурному протесту, в котором видят реализацию норм статьи 32 Конституции Казахстана (о праве мирно и без оружия собираться). Однако именно по этой части народа, состоящей из так называемых гражданских активистов, власти и наносят всегда удары. Именно они оказываются в полиции еще до митинга или же могут быть привлечены к административной ответственности за акцию, в которой даже не участвовали (не успели). Именно их превентивно отсекли в предлагаемом законопроекте от организаторов мирных собраний, заявив, что таковыми не могут быть лица, привлекавшиеся за участие в несанкционированных митингах.

Но беда в том, что без таких лидеров, которые могут сдерживать и направлять энергию митинга в правильное русло, эти самые митингующие могут легко превратиться в толпу, которая, так сказать, может «коллективным умом» (точнее, безумием) пойти на совершение «противоправных поступков», при этом якобы руководствуясь оправдательными мотивами. А если сюда добавить с десяток (иногда можно и меньше) вольных или невольных провокаторов, то толпу можно направить громить бутики или поджигать дома представителей другой национальности. То есть, накопившийся в народе протестный пыл без грамотного руководства уходит в другом направлении и, по существу, дискредитирует сам протест.

К стихийному протесту, как ни странно, подталкивает сам митинговый законопроект. По идее, он должен был расширить и уточнить права граждан на мирные собрания, а на деле конкретизировал ограничения в этих правах. Это к тому, что протестные настроения в стране нарастают, несмотря на иллюзорную либерализацию власти с одной стороны и привычное затягивание гаек, с другой. Государство и новый президент, тем самым, хотят показать себя сильными, но получается с точностью наоборот – демонстрируют слабость и простое непонимание ситуации – как из нее выходить и что делать. Другими словами, пропагандируемое Токаевым «слышащее государство» оказалось с затычками в ушах, в том числе в виде митингового законодательства и усиления репрессий против инакомыслящих.

На этом фоне суббота, 22 февраля, может стать экзаменом зрелости, как для властей, так и для народа. Как мы говорили, на этот день был назначен учредительный съезд Демократической партии Казахстана, а Мухтар Аблязов созвал на это время свой заведомо несанкционированный и противозаконный (ДВК официально вне закона, как и все его мероприятия, кто забыл) митинг. После репрессий в отношении делегатов съезда, оргкомитет Демпартии принял решение не проводить его, а выйти в то же время на акцию протеста. Кстати, это может грозить возобновлением тюремного срока для Жанболата Мамая, у которого пробационный контроль заканчивается только 25 февраля.

Таким образом, властям, с одной стороны, нужно показать свою принципиальность, а с другой – выглядеть либеральными в глазах мирового сообщества. Для гражданского общества это тоже испытание – поддержать нарастающую демократическую силу, но тоже попасть в категорию «участников несанкционированных митингов», или же уподобиться диванным батырам, остаться в стороне от происходящего.

 

 

Мирас Нурмуханбетов

 

Фото: с открытых источников 

Читайте еще:
Мнение