Сулейманов vs Бекшин

Сулейманов vs Бекшин

Когда слабую медицину компенсируют жестким карантином

Абсурдность и незаконность карантинного постановления Жандарбека Бекшина пытается доказать алматинский адвокат Жангельды Сулейманов. Сомнения в этом высказывались и прежде, но все это было на уровне обсуждения и возмущения в соцсетях или на кухнях самоудаленных граждан. Теперь этим сомнениям юрист придал правовое обличие и вместе с единомышленниками собирается отменить «абсурдный» карантин в Алматы судебным решением.

- Жангельды, как появилась идея судебного обжалования постановления Бекшина?

– Ко мне обратилась группа алматинцев, посчитавших, что с введением карантина нарушены их права нарушены. Это было у них скорее на интуитивном уровне, потому что человек рождается свободным и всякое посягательство на эту свободу идет на уровне чувств. Я же юрист, адвокат, и должен сформулировать это все с точки зрения закона. А так как такой же гражданин и свободный человек, и при том всегда считал и писал, что карантин незаконен, то согласился с просьбой инициативной группы, в которой порядка 50 человек.

- В чем юридическая сущность иска, но понятным языком?

– Основания иска достаточно простые и понятные. Недавно Бекшин выпустил постановление о сохранении карантинных мер на территории города, в которое напихал очень много запретов всем и вся. С точки зрения закона, главный санитарный врач Алматы, как и любого другого региона, Нур-Султана или Шымкента, не имеет право издавать нормативно-правовые акты – он может издавать только правовые акты индивидуального применения.

- А в чем между ними разница?

– Нормативно-правовой акт применяется в отношении неопределенного круга лиц (Конституция, закон, кодекс, приказ министра) и вводит нормы права. Нормы права, в свою очередь, определяют правила поведения отдельных физических или юридических лиц, от страны в целом и до какой-то территориальной единицы. Самый простой пример – скажем, маслихат или акимат может установить правила выгула домашних животных, с подробным описанием того, что нужны намордники, поводок, нужно убирать за собакой то, что она оставляет после себя и так далее. А вот в Кодексе об охране здоровья, регулирующий деятельность медицины, нет упоминания о том, что главный санитарный врач имеет право издавать подобные нормативно-правовые акты. Зато там есть право выносить постановления индивидуального характера – в отношении конкретного субъекта. Скажем, санитарный врач может вынести постановление в отношении столовой номер такой-то, находящейся по такому-то адресу, за то, что у них не работают мойки, грязный пол и нет кафеля. И вот, получается, что наш санврач перепутал, превысил полномочия и вместо правового акта индивидуального применения, принял нормативно-правовой акт. Это превышение полномочий, как минимум. Это наш основной довод.

- Понятно. Само постановление, его буква, вас не смущает?

– Бесспорно, в самом постановлении встречается очень много абсурдных и противоречивых вещей. Например, о соблюдении дистанции в том же общественном транспорте, сидя рядом. Потом, непонимание что такое частный дом и жилой дом – по мнению Бекшина, частный – это тот, где живет одна семья, а жилой – это многоквартирный, хотя и тот, и тот являются жилыми домами. Тоже самое с «ношением маски в закрытых помещениях». Что такое «закрытое помещение»? В общем, отсутствие четкой и понятной законодательной базы порождает нарушения, порождает отсутствие контроля со стороны общества и надзирающих органов, и таким образом дали волю санврачу.

- Когда и куда будет подан иск?

– В конце этой недели – наверное, в четверг или пятницу. В Медеуский районный суд. Поэтому на следующей неделе суд должен принять иск к рассмотрению и через пару недель будем ждать первое заседание. Надеюсь, что суд примет правильное решение.

- Получается, как минимум, полмесяца мы будем вынуждены жить по букве этого акта. Можно ли приостановить действие оспариваемого вами постановления на время проведения судебных слушаний?

– Да, конечно, мы будем просить суд о приостановлении оспариваемого постановления, согласно статьи 65 закона о правовых актах, которая оговаривает приостановление обжалуемого акта. Поэтому мы сразу известим общественность и самого господина Бекшина о приостановлении действия этого постановления, независимо от воли санврача и независимо от воли суда.

- А вообще, есть ли возможность оспаривать это или подобные постановления без судебных исков в силу их абсурдности? Например, главный Алматинской области вынес постановление, одним из пунктов которого значится запрет покидания территории пансионатов отдыхающими, что на том же Алаколе просто невозможно и глупо.

– У нас существует два механизма оспаривания и обжалования действий и решений госорганов. Первый – это судебный, в силу статьи 13 Конституции РК, о том, что каждый имеет право на судебную защиту нарушенных прав, а второй – так называемый, административный порядок. Не надо путать с административным кодексом – здесь речь идет об апеллировании вышестоящим органам, то есть, те самые жалобы руководству. Если тот же Бекшин издал такое постановление, то можно писать в Минздрав. Но министра здравоохранения сам поддерживает такие карантинные меры, поэтому такой путь возможен, но в данном случае бесперспективен.

- Согласны ли вы с тезисом, что вводя карантин (вместо ЧП), власть просто перекладывает ответственность с себя на головы граждан, а при этом еще и не выплачивает несчастные 42-пятьсот?

– Прямо не могу согласиться с этим тезисом – я не связываю эти выплаты с карантином вообще. У меня несколько другая позиция. Для успешной борьбы с короновирусной инфекцией необходимы две силы. Первая сила – это медицинская помощь, как таковая, четко слаженная система здравоохранения, включая больницы, поликлиники, диагностику, самих врачей. Вторая – санитарные меры, тот самый карантин. И именно в тандеме, в комплексе, борьба может быть эффективной. Если же одна из них не работает, то нагрузка идет на вторую. В данном случае, по моему мнению, уровень нашей медицины, надо с сожалением признать, низкий и это хотят компенсировать жесткими карантинными мерами.

- Согласен, хотя я несколько другое имел в виду. Тогда последний вопрос. Говорят, что критикуя, предлагай. Как бы вы стали действовать на месте Минздрава и правительства в целом?

– Я вам скажу более. Вирус объявился в конце декабря, а я стал бить тревогу у себя на странице уже в конце января, так как было полное бездействие со стороны Минздрава. Был покой, тишина, некая умиротворенность. Я продолжал бить в набат, а потом они стали потихоньку шевелиться – что-то там с тепловизорами, проверками в аэропортах и так далее. В общем, я критиковал и я уверен, что эта критика сыграла определенную роль в том, что Минздрав начал активно действовать. Но было уже поздно. По поводу же моего видения и предложений, я бы на их месте, как только стали поступать сигналы из Ухани (условно, перед Новым годом), срочно нужно было создать штаб и бить во все колокола. Ведь Китай рядом – у нас с ним граница почти в 1800 километров, у нас мощный обмен грузопотоков и пассажиропотоков. Нужно было работать без отдыха 24 часа в сутки, и, скажем, до 5 января привлечь отечественных и зарубежных специалистов, которые разработали бы обоснованные, подробные и адекватные меры карантина. До числа 10-го это можно было внести в закон, парламент бы это принял, а 11 января президент подписал бы, и у нас с того же дня был бы закон РК «О карантинных мероприятиях и мерах», в котором бы все четко, ясно и подробно прописано. Этого ничего сделано не было, мы опоздали на два с половиной месяца, и уже в течение полугода никто не может понять, какие меры обоснованы, а какие – нет, поэтому часто все доходит до абсурда. Шесть месяцев не могут разработать правила, потому что не хватает компетентности. К сожалению…

 

Беседовал Мирас Нурмуханбетов

 

Фото: с открытых источников