28.01.2020, 04:01
Platon.Asia

Ситуация на Каспии

Каспийское море (озеро) с прилегающими к нему территориями поистине является ключевой ресурсной «базой» Казахстана, поскольку здесь сосредоточены наши основные нефтегазодобывающие активы, через этот водоем мы имеем дополнительный «торговый выход» в Европу. Но самое главное – Каспий содержит уникальную флору и фауну, которая в будущем может стать бесценным «ресурсом». Поэтому всегда интересно отслеживать ситуацию в этом регионе.

Несколько дней назад писали о том, что на Каспии нерпа находится «на грани вымирания». Сообщили, что сегодня лежбища каспийского тюленя «можно обнаружить лишь в удаленных местах Каспия». А это значит, что каспийский регион скоро может стать зоной экологического бедствия. Тюлень замыкает пищевые цепи Каспия, играя тем самым важную роль в его биоразнообразии. Различного рода загрязнения способствуют росту бесплодия у самок тюленей. Основными источниками загрязнения Каспийского моря в настоящее время являются нефтепродукты, подавляющие развитие фитобентоса и фитопланктона (сине-зеленые и диатомовые водоросли) водоема. В итоге на Каспии снижается выработка кислорода. Нефтяные загрязнения также нарушают тепло-, газо-, влагообмен водной поверхности моря и атмосферы. По-иному говоря, нефтяные пленки на Каспии снижают скорость испарения воды в несколько раз. Нефтяные и иные загрязнения Каспийского моря приводят к гибели значительного числа редких рыб и других биоорганизмов.

Наличие всего лишь 10 г нефти в 1 куб. м воды приводит к гибели икры рыб. Тонна нефти загрязняет 12 кв. км моря, вызывая гибель птиц, рыб, а иногда и людей, которые питаются такой рыбой. В Каспийском бассейне сокращаются популяции различных видов рыб, их промысловых запасов, в первую очередь осетровых пород. Согласно некоторым данным, за последние десять лет поголовье каспийских осетров сократилось как минимум в 40-50 раз. Снижается биологическая репродуктивность осетровых. В итоге Конвенция о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения, уже внесла в свой список осетров все четыре вида каспийских осетровых: белугу, шипа, длинноносого осетра и севрюгу. Промысел осетровых Каспия был в прошлом одним из самых главных источников дохода региона. В этой связи отметим, что по подсчетам американских специалистов, из-за существенного ограничения или вовсе прекращения улова осетровых, страны Прикаспия будут недосчитываться ежегодно около 6 млрд долларов.

Некоторые эксперты полагают, что браконьерство следует рассматривать как одну из главных причин сокращения запасов осетровых на Каспии. По неофициальным данным, браконьеры замыкают на себе около 80% улова каспийских осетровых. Реализация осетровой икры в настоящее время является крупномасштабным теневым «бизнесом», в который широко вовлечены правоохранительные органы и другие должностные лица прикаспийских регионов. Причем эти браконьеры зачастую являются гражданами других государств региона, которых периодически задерживают наши пограничники, как это произошло несколько дней назад. И это несмотря на то, что страны «каспийской пятерки» ежегодно продлевают запрет на коммерческий, промышленный вылов осетровых рыб в Каспийском море.

Добыча, транспортировка, разливы нефти и нефтепродуктов привели к опустыниванию, уплотнению и загрязнению почти миллиона гектаров почвы нашей части Прикаспия. Оказывается, разливы нефти и химикатов - это еще ерунда. В ходе строительства газохранилищ использовались ядерные заряды. В водах Каспия наблюдается высокая концентрация мышьяка, свинца, ртути, тяжелых металлов, меди, бария и цинка. Стоит угроза выброса в воду большого количества сероводорода. Экологической безопасности Каспия также угрожает множество законсервированных «надсолевых» нефтяных скважин, затопленных с 1993 года, после подъема уровня моря. Данные скважины медленно, но перманентно загрязняют море и в любой момент могут полностью расконсервироваться, когда начнется утечка нефти. Сегодня на многих скважинах загрязнение воды нефтепродуктами находится в критическом промежутке от 30 до 100 ПДК. Масштабные загрязнения могут нанести Каспийскому морю непоправимый ущерб, поскольку оно является бессточным водоемом. А тем временем экологический мониторинг и научные исследования на Каспии в основном скатываются до манипулирования информацией и общественным мнением. Так, в конце прошлого года в Казахстане были признаны «нормативно-чистыми» только четыре реки, а также Каспийское море. Непонятно, как в этот список попал Каспий. Не очковтирательство ли это? У нас ведь порой хорошо умеют убеждать людей в отсутствии того, что у них есть, либо приучая называть белое черным и наоборот.

Другой серьезной проблемой Каспия является неопределенность его статуса, нерешенный вопрос о спорных территориях. «Каспийской пятерке» нужно определиться со статусом Каспия, является ли он морем или озером. Если Каспий получит официальный статус «моря», то границы принадлежности шельфов будут решаться по принципу морского права. Если Каспий признают озером, то эта проблема разрешима «не по принципу моря, а внутренне». Как известно, 12 августа 2018 года в Актау Азербайджаном, Ираном, Казахстаном, Россией, Туркменистаном была заключена Конвенция о правовом статусе Каспийского моря. Казалось бы, многолетний спор по переделу Каспия был решен. Однако не все так безоблачно. Оказывается, Иран остался недоволен тем, что его участок дна Каспия при разделе оказался меньше, чем у соседей. Иранский участок дна Каспия при разделе оказывается меньше в силу географии, но этот аргумент мало интересует Тегеран.

В начале февраля 2019 года Н. Назарбаев подписал закон «О ратификации Конвенции о правовом статусе Каспийского моря». То же самое сделал В. Путин в начале октября прошлого года. Тем самым на сегодня только Иран пока не ратифицировал Каспийскую конвенцию. Кстати, по Конвенции Каспийское море рассматривается и не как море, и не как озеро, а как водоем, окруженный сухопутными границами пяти прикаспийских стран. Вместе с тем Конвенция имела ряд позитивных последствия для всей каспийской пятерки. Россия и Иран получили интересующие их гарантии свободы Каспия от присутствия вооруженных сил других, не прибрежных государств. Акватория Каспийского моря осталась в общем пользовании, что дает, в частности, России возможность свободно перемещать по водоему свои военно-морские силы. Азербайджану, Казахстану и Туркменистану достались большие участки морского дна с месторождениями нефти и газа.

Как бы то ни было, но в Тегеране многие считают, что при делении каспийского дна на равные участки Иран мог бы получить 20% морского дна. При подписании Конвенции Тегеран исходил сначала из военно-стратегических выгод, но теперь его стали интересовать вопросы эксплуатации ресурсов каспийского шельфа. Как сообщают некоторые эксперты, Конвенция имеет рамочный характер, юридически не решая ряд вопросов, территориальных и иных споров. В свое время были конфликты из-за спорных нефтегазовых месторождений Туркмении и Азербайджана, с одной стороны, Ирана и Азербайджана, с другой стороны. Кроме того, Тегеран категорически против прокладки Транскаспийского газопровода, мотивируя это соображениями обеспечения экологической безопасности водоема, чем вызывает большое недовольство Туркменистана и Азербайджана. И эти проблемные вопросы вряд ли разрешатся быстро…

 

Редакция 

 

Фото: с открытых источников 

Читайте еще:
Мнение