15.10.2019, 09:00
Platon.Asia

Проклятие Туркестанского Легиона

Предатели или патриоты?

Несмотря на временами появляющиеся материалы и отдельные репортажи, тема «Туркестанского легиона» до сих пор полностью не раскрыта. Многих до сих пор
кидает из крайности в крайность – предатели становятся героями и наоборот, хотя за каждым «туркестанским» лежит своя трагическая история.

Конечно, сегодня легко, имея «боевой опыт» лишь в битвах на полях соцсетей или CALLofDUTY, быть «экспертом» и развешивать ярлыки или раздавать медали, но надо
подходить к этому вопросу более объективно, осторожно и деликатно. И дело даже не в том, что «легионер» легко мог оказаться среди родственников таких «экспертов», а в том, что за каждым из них стоит своя история, чаще горькая, о которых говорят «врагу не пожелаешь». Тем более, были случаи, когда боец не мог до конца разобраться, кто на самом деле является врагом.

Попробуем разобраться. Прежде всего, необходимо избавиться от сложившегося мифа о том, что Мустафа Шокай был отцом-основателем «Туркестанского легиона». Вообще, он умер через неделю после того, как Гитлер подписал указ о создании национальных легионов. Говоря о «Туркестанском легионе», некоторые «борцы за справедливость» отчаянно забывают, что практически все представители братских республик СССР имели свои легионы, а некоторые даже ударные армии.

Да, Шокаю было предложено создать такую боевую единицу, для чего он был направлен в лагеря для военнопленных для вербовки ее потенциальных бойцов. Говоря сегодняшним языком, нацисты пытались использовать казахскую (да и любую другую) зарубежную оппозицию для боевых действий на Восточном фронте. Предпосылок для этого было предостаточно. Однако после того, как Мустафа Шокай проехал по концлагерям, то многие его иллюзии рассеялись. «Сталин и Гитлер оба злодеи», записал он тогда в своем дневнике.

После этого он уже стал ставить условия немецкому командованию, в случае выполнения которых он брал ответственность на создание легиона. Среди прочих выделялись два основных. Во-первых, должны были быть гарантии по автономии будущей Туркестанской республики, для чего, среди прочего, нужно было подготовить кадровый состав ее руководителей с предварительным отбором их из числа военнопленных. Во-вторых, участие бойцов легиона (в составе национальных соединений) в боевых действиях лишь тогда, когда германская армия подойдет к границам будущей автономии. Эти условия были отвергнуты – немцев скорее возмутила ультимативная форма заявления, нежели его содержание. Тогда Шокай официально отказался от предложения, при этом написав письмо в МИД Германии, а не в «профильное» Министерство восточных оккупированных территорий, с которым он до этого имел дело.

Но вернемся к самому легиону. Несмотря на то, что национальные легионы стали официально создаваться только в декабре, еще в конце лета 1941 года в отдельных немецких подразделениях на восточном фронте стали привлекать на вспомогательную службу советских перебежчиков, пленных и представителей местного населения. Последние позже получили официальное название Hilfswillige («желающие помогать», хотя правильнее было бы для многих из них определение «желающие выжить») или сокращенно «Хиви». Все они носили гражданскую одежду или донашивали советские гимнастерки, а работали водителями, конюхами, поварами и так далее. Тогда особо не обращали внимание на национальность «хиви», хотя немцам были в диковинку азиаты среди них.

Более четкое структурирование появилось осенью. В октябре сформировался первый туркестанский батальон, который был передан в подчинение 2-го отдела абвера (теракты, диверсии, «особые задачи»). Позже это подразделение будет преобразовано в 450-й пехотный батальон. В ноябре похожий батальон появляется в составе 444-й охранной дивизии Вермахта (нес службу в Северной Таврии и устье Днепра). Как было сказано выше, сам Туркестанский легион, каким многие его себе представляют, был создан приказом от 17 декабря 1941 года, а через три дня Гитлер своим указом дал разрешение на «создание в составе немецкой армии вооруженных подразделений из бывших граждан СССР неславянских национальностей».

Возвращаясь к началу нашего материала, отметим, что в легион люди шли по разным причинам. Немало было тех, для кто искренне считал, что за большевиков воевать не стоит, веря в пропаганду, что при победе Германии казахи (в частности) обретут свободу. Ведь многие из них едва выжили после голодомора начала 30-х и являлись единственными оставшимися из больших семей. Были и те, кто просто хотел выжить в любых условиях, а эта чисто человеческая «слабость» уже не делится на национальности или политические предпочтения. Но были и такие, кто соглашался на сотрудничество лишь для того, чтобы при первом же удобном случае опять стать «перебежчиком», а по сути, вернуться к своим.

Именно учитывая последний фактор «Туркестанский легион» (в отличие от «Русской освободительной армии» и некоторых других национальных военных подразделений) практически с самого начала не использовали на восточном фронте. Фактически сразу после появления здесь легиона (осенью 1942 года) по обе стороны фронта стали фиксироваться факты перехода – от одного-двух человек до нескольких десятков бойцов. Часто «туркестанцы» уходили с боями. Можно было привести ряд зафиксированных фактов, но на этот раз ограничимся лишь цитатой донесения начальника политуправления Черноморской группы войск Брежнева. Тогда, в начале 1943 года, Леонид Ильич писал, что «легионеры не оправдали надежд немецкого командования».

Поэтому подразделения «Туркестанского легиона» чаще направлялись на охранную службу, а также на борьбу с партизанами и подавление внутренних бунтов (в том числе, восстание в Варшавском гетто). Осенью 1943-го была сформирована экспериментальная 162-я пехотная дивизия, которая отправилась в Словению, а затем – в Италию (там их именовали «елдашами»). Весной следующего года ряд батальонов направили на Атлантическое побережье Европы, где должен был открыться «второй фронт». Однако практически везде «азиаты» примыкали к местным партизанам и участникам сопротивления, хотя далеко не всегда вызывали у них доверие.

После разгрома нацистской Германии и безоговорочной капитуляции, многие «легионеры» захотели вернуться на родину. Практически все они прошли через сталинские лагеря, а если им удалось вернуться оттуда живыми, до конца своих дней они жили под ярмом «предателей», лишенными наград и привилегий участников ВОВ, несмотря на то, что они участвовали в боях против нацистов в партизанских отрядах во Франции, Югославии, Польше и других европейских странах. Однако были и те, кто предвидел такой итог и предпочел лагеря союзников. Тем более, они быстро разбирались, кто есть кто, а для азиатов была предоставлена возможность получить гражданство Турции. Они выжили, но получили другое наказание – многолетнюю и не прекращающуюся тоску по родине.

 

Мирас Нурмуханбетов, специально для Platon.asia

 

 

Фото: https://informburo.kz/

Читайте еще:
Мнение