Концлагеря в Синьцзяне

Концлагеря в Синьцзяне

Китайский паноптикум-этноцид

Английский философ Иеремия Бентам паноптикумом назвал проект идеальной тюрьмы, которая так устроена, что один стражник одновременно может наблюдать за всеми заключёнными. Этноцид – это политика уничтожения, ассимиляции этнической идентичности, самосознания народа. Одна из целей этноцида - утеря исторической памяти, самоназвания, языка, культуры, вероисповедания. Все эти феномены сегодня, можно сказать, воплотились в так называемых лагерях перевоспитания (фактически - концлагеря) в Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китая.

В этих лагерях находятся под стражей более миллиона уйгуров, казахов, дунган, татаров, кыргызов и представителей других этнических меньшинств СУАР. Прежде всего за наличие на телефоне запрещенных приложений вроде Whatsapp, Корана в доме, за связи с Казахстаном, Кыргызстаном могут отправить в лагерь. Но в целом в исправительный лагерь может попасть любой представитель мусульманского нацменьшинства, то есть главный критерий – это этническая принадлежность. Между тем китайские власти говорят, что люди обучаются в этих «школах» (читайте - лагерях) якобы добровольно. На самом деле их туда заключают без решения суда и какого-либо следствия на неограниченные сроки пребывания. Официально они называются «центрами профессионального обучения и повышения квалификации». В лагерях умышленно кормят свининой, туалетом является ведро, которым можно пользоваться только два раза в день по 2 минуты. В ответ на жалобы «на руки и на ноги надевают наручники, бьют дубинками». А некоторых заключенных всю ночь избивают, им втыкают иголки под ногти.

Арестантов заставляют петь песни, читать книги на китайском языке, в которых всячески восхваляется Китай, партия и ее политика. Зэкам исправительных лагерей запрещается общаться между собой, смеяться, чтобы даже кашлять «нужно сначала получить разрешение учителя». За нарушение режима сажают на «металлический стул с замками для рук, ног и туловища, сидя на котором, невозможно пошевелиться» в течение шести, 12 или 24 часов. При этом периодически проводятся допросы с пристрастием. За арестантами постоянно наблюдают через видеокамеры. Офицеры периодически насилуют приглянувшихся заключенных женщин, отдавая их затем своим подчиненным. Насилуют и мужчин. Кто начинает роптать, того немедленно ликвидируют. Людей пытают самыми изощренными способами: подвешивают к стене и бьют электрическими дубинками, заставляют сидеть на гвоздях, вырывают ногти и т.д. Иногда зэков заставляют стоять сутками, без воды и еды: голыми летом на раскалённом бетоне, а зимой босыми, в одних только трусах - на холодном бетоне, либо – в вырытой яме с водой до шеи.

Над заключенными проводят различные медицинские эксперименты (делая прививки, давай неизвестные препараты), после которых люди часто умирают, или становятся инвалидами. Выяснилось, что тысячи женщин в лагерях «подверглись принудительной стерилизации и принимали контрацептивы, сами того не зная». Параллельно арестанты занимаются тяжелым трудом на фабриках, находящихся на территории лагерей. В этой связи имейте в виду, что многие товары, произведенные в Синьцзяне, могут быть из таких фабрик принудительного труда и поэтому они порой являются дешевыми! Даже выйдя из лагеря попадаешь на другую каторгу – работаешь ежедневно на фабриках за мизерную плату, например, за три месяца работы на швейной фабрике выдают только 230 юаней (33 доллара США).

Собственно, весь СУАР стал большим лагерем-паноптикумом, везде просматриваемом видеокамерами и контролирующими органами. Дома представителей этнических меньшинств регулярно проверяются гражданскими служащими. Вдобавок за каждой семьей этнических меньшинств наблюдает прикрепленная к ней семья этнических китайцев. Есть и такой способ слежки как сбор биометрических данных - проб ДНК, сканирование радужной оболочки лиц, отпечатков пальцев и пробы голосов жителей. Эти данные отправляются на камеры слежения, установленные повсюду – для распознавания людей. В небе летают роботы-голуби, шпионящие за людьми на земле. Сбор разных данных с телефонов, разумеется, является главной мишенью, посредством которой ведется неусыпный контроль за мусульманским населением СУАР. Другими словами, сегодня эта китайская провинция представляет собою некий образец неототалитарного большого лагеря.

В Синьцзяне власти «запретили давать детям имена с религиозным значением, например, Ислам, Коран, Мекка, Джихад, Имам, Саддам, Хадж и Медина». Детей с такими именами исключают «из системы государственной регистрации, которая предоставляет доступ к здравоохранению и образованию». В СУАР, как и во многих провинциях Китая, запрещено носить большие бороды, а женщинам - хиджабы. В провинции закрыли тысячи мечетей. Здесь китайские чиновники в последнее время разносят по домам местных мусульман свинину и приглашают их на праздничные трапезы со свининой. Словом, власти Синьцзяна насильно внедряют в мусульманские массы китайскую ханьскую культуру и подавляют этническое и религиозное самосознание представителей мусульманских меньшинств региона.

И все это делается под предлогом обеспечения безопасности Синьцзяна. СУАР представляется китайскими властями как «главное поле битвы» в борьбе с терроризмом. Однако, думается, что в СУАР беспрецедентные меры «безопасности» являются преимущественно продолжением политики расширения ханьского доминирования в регионе, упрочнения новой «китайской» империи. Есть мнение, что опыт советской национальной политики «показал» китайским лидерам, что такая политика способствует развитию сепаратизма, когда появляется сильная элита, интеллигенция национальных меньшинств. В связи с этим китайские власти взялись за более глубокую китаизацию инородного населения, особенно в Синьцзяне.

Таким образом, «на выходе» - они не должны отличаться от ханьцев своим образом жизни, языком общения, одеждой и т.д. По всей видимости, Бейджин рассматривает ислам, язык и традиции как краеугольные камни идентичности нацменьшинств СУАР. Не случайно в лагерях «перевоспитания» запрещают разговаривать на родном языке, заставляют петь китайский гимн, вслух читать пропагандистские материалы на китайском языке. Некоторые аналитики считают, что китайские власти стремятся не только ассимилировать мусульман Синьцзяна, интегрировать их в китайское общество, но и настроены стереть их религиозную идентичность…

 

Редакция platon.asia

 

Фото: https://www.bbc.com/