04.01.2021, 14:33
Platon Asia

Европа проиграла Азии борьбу с Covid-19

После почти года жизни в атмосфере пандемии стало ясно, что даже бедные азиатские страны справились с COVID-19 намного лучше, чем Соединенные Штаты и Европа. Но еще предстоит увидеть, ознаменовал ли 2020 год начало нового «азиатского века», пишет на страницах Project Syndicate Билл Эммотт, бывший главный редактор британского журнала The Economist, сообщает platon.asia

фотография из открытых источников

На ранних этапах пандемии COVID-19 было обычным делом разделять страны и их ответные меры в соответствии с их политическими системами, и многие объясняли успех Китая в борьбе с вирусом его авторитаризмом. Однако по состоянию на конец 2020 года становится ясно, что настоящая разделительная линия носит не политический, а географический характер.

Независимо от того, является ли страна демократической или авторитарной, островной или континентальной, конфуцианской или буддийской, коммунитарной или индивидуалистической, восточноазиатской, юго-восточной или австралийской, она справилась с COVID-19 лучше, чем любая европейская или североамериканская страна, считает автор статьи.

Даже страны Азии с наихудшими показателями (с точки зрения общественного здравоохранения), такие как Филиппины и Индонезия, контролировали пандемию более эффективно, чем крупнейшие и богатейшие страны Европы.

Для объяснения указанных различий в эффективности требуется проведение комплексного, многоотраслевого исследования. Сегодняшнее понимание ситуации построено на отдельных наблюдениях и не является в достаточной степени общерегиональным. Оно сильно зависит от политических целей и искажений. С целью оказания помощи всем странам в подготовке к противодействию будущим биологическим угрозам необходимо выяснить несколько специфических вопросов.

Для начала, степень, в которой острые респираторные синдромы, такие как атипичная пневмония (SARS), ближневосточный респираторный синдром (MERS) и «птичий» грипп, а также вспышки других заболеваний во многих азиатских странах, оставили после себя наследие в виде готовности системы здравоохранения и восприимчивости общества к сообщениям о мерах по предотвращению распространения заболевания.

Очевидно, что азиатские страны получили преимущества от существующих структур, разработанных для противодействия вспышкам туберкулеза, холеры, тифа, ВИЧ/СПИДа и других инфекционных заболеваний. Например, по состоянию на 2014 год в Японии было 48 452 участковые медсестры, 7266 из которых работали в государственных поликлиниках, где их можно было быстро мобилизовать для оказания помощи в отслеживании контактирующих с заболевшими COVID-19. Несмотря на различия в определении профессиональных обязанностей, эти цифры можно сравнить с данными по Англии, где в 2014 году 11 000 пациентов обслуживали всего 350-750 участковых медсестер (население Англии составляет приблизительно половину населения Японии).

Также нам необходимо лучшее понимание эффективности использования определенной политики, такой как быстрое закрытие границ и приостановка международного туризма, пишет Эммотт. Кроме того, многие страны приняли более действенные, по сравнению с другими, меры в области защиты домов престарелых и иных учреждений для пожилых людей (в частности Япония и Южная Корея), особенно в странах с высокой долей населения в возрасте старше 65 лет.

Учитывая, что эффективность взаимодействия и оповещения учреждений здравоохранения в разных странах отличается, возможно, что генетические различия и проводимые в прошлом программы вакцинации от туберкулеза помогли ограничить распространение коронавируса в некоторых регионах. Только тщательное практическое исследование позволит получить сведения, необходимые для подготовки к будущим угрозам.

Многих также интересует вопрос, что будет означать относительный успех Азии в этом году для выработки государственных политических решений и геополитики после пандемии. Если будущим историкам необходима точная дата начала «азиатского века», то у них может возникнуть искушение выбрать 2020 год, как некогда издатель и редактор Генри Люс назвал началом «американского века» начало второй мировой войны.

Однако такое своеобразное сравнение предполагает, что любое подобное суждение может быть преждевременным. Все-таки Америка Люса была единственной супердержавой. Победоносно развиваясь во время войны, она продолжала предъявлять требования и определила свою эру (в соревновании с другой супердержавой, Советским Союзом). В противоположность этому азиатский век будет представлять собой целый континент, на котором расположены различные страны.

Иными словами, речь идет не только о Китае. Несомненно, набирающая силу новая супердержава наиболее успешно справилась с пандемией после неудач на начальном этапе и недостаточной гласности. Но масштаб ее действий по утверждению системного превосходства ограничивается фактом аналогичных успехов многих стран азиатского региона, достигнутых без помощи Китая.

Сравнение с послевоенной ситуацией может быть преждевременным также по экономическим причинам. Результаты экономической деятельности азиатских стран в 2020 году не столь значительны по сравнению с их успехами в области противодействия пандемии. Несмотря на то, что Вьетнам, Китай и Тайвань опередили остальной мир по росту ВВП, США тоже достигли неплохих результатов, хотя им и не удалось справиться с вирусом. С прогнозами, указывающими на сокращение ВВП на 3,6% за год, экономика США находится в намного лучшей форме, чем в любой из европейских стран, а также Японии, Малайзии, Сингапуре, Таиланде, Филиппинах и других азиатских странах. Различие в значительной мере касается функционирования взаимозависимости: в отличие от США, многие азиатские страны больше подвержены запретам на перемещения и торговлю, которые значительно сократили индустрию туризма.

Несмотря на то, что показатели Китая в сфере здравоохранения и экономики в 2020 году были лучше, чем у Запада, ему не удалось добиться (и он в действительности и не стремился) политического или дипломатического преимущества от кризиса. Скорее, наоборот, Китай стал более агрессивным по отношению к ближайшим соседям и таким странам, как Австралия. Это дает основание предполагать, что китайские лидеры даже не пытаются наладить азиатскую сеть друзей и сторонников.

То, каким образом Китай подойдет к проблеме реструктуризации международного долга, особенно связанного с его инициативой «один пояс, один путь», станет основным испытанием в 2021 году. Однако и США, и странам Запада также предстоят испытания по широкому кругу вопросов, от международных финансов до социально-политической стабильности.

Может быть, слишком рано объявлять новую историческую эпоху, но точно не рано постигать уроки успешной деятельности азиатского здравоохранения, заключает автор.
 

Мнение