26.11.2020, 13:39
Аделина Кожагулова

Санжар Бокаев: Байден в состоянии задать более тонкую игру

Изменится ли политика США при новом президенте в ЦА
фотография из открытых источников

За президентской гонкой 2020 года, развернувшейся в Соединенных Штатах Америки, наблюдало все мировое сообщество. По итогам выборов 46-м президентом США стал Джо Байден. Поменяется ли отношение  Вашингтона к центрально-азиатскому региону, вернутся ли американские демократы к агрессивно-популистской позиции? На эти вопросы для информационно-аналитического портала platon.asia ответил казахстанский политолог Санжар Бокаев.

- Нанесли ли прошедшие выборы в США имиджевый удар по стране?

- Никоим образом. Напротив, прошедшие выборы проходили в условиях полной неопределенности. Согласитесь, если нет интриги, а результаты предсказуемы, то это говорит об отсутствии реальной конкуренции. Такое часто встречается в автократических или недоразвитых демократических системах. Проблема в нас – мы привыкли имитировать электоральную борьбу и верить в нее, применять топорные технологии и восторгаться этим. Поэтому выборы в США могут многим показаться странными. А США всегда были законодателем высокой политической моды и создателем самых прогрессивных электоральных технологий. Говорю как человек, который защитил докторскую диссертацию на тему «Политические технологии».

- На Ваш взгляд, что может измениться в отношении Вашингтона к странам Центральной Азии после оглашения результатов?  Стоит ли ждать повышенного внимания к нашему региону?

- Центральная Азия всегда была и будет в фокусе повышенного внимания США, а также других глобальных игроков. Тут важно отметить другой тренд. США в центрально-азиатском регионе стали больше фокусировать внимание на Республике Узбекистан. Именно там в феврале 2020 года США представили обновленную стратегию в отношении Центральной Азии до 2025 г. На встрече в Ташкенте участники формата «С5+1» договорились, что будут укреплять взаимное доверие, поощрять региональные проекты, сотрудничать в сфере торговли, транспорта, коммуникаций и энергоресурсов, улучшать бизнес-климат и развивать демократические институты. Тут также важно отметить, что в последние годы вместе с политической оттепелью, пришедшей в Узбекистан, пришли и американские инвестиции. Думаю, Вашингтон рассматривает возможность создания новой региональной подушки безопасности на базе Узбекистана, в том числе промышленного хаба на случай ухудшения торговых отношений с Китаем. В этом также заслуга прагматичной политики президента Шавката Мирзиеева, открывшего новые горизонты сотрудничества. И последний аргумент - географический и культурно-исторический - для управления трансграничными угрозами безопасности.

- Как Вы думаете, вернутся ли американские демократы к агрессивно-популистской позиции?

- Не стоит ждать резких перемен во внешней политике США. Не важно, к власти придет демократическая партия или консервативная, все равно внешнеполитическую доктрину будут писать в недрах Госдепартамента, с участием Федеральной резервной системы и Конгресса США. А если посмотреть на историю демократической партии, то она в идеологическом отношении настолько переменчива и неоднозначна: в ней в разные времена превалировали и либералы, и центристы, и прогрессисты. Были времена, когда партия поддерживала даже рабовладение, поскольку представляла интересы фермеров, рабочих, профсоюзов. Демократическая партия за последние 30 лет сместилась из левого центра к центру, затем двинулась дальше в сторону правого центра. Поэтому не стоит ждать чего-то экстраординарного от демократов.

- Многие Ваши коллеги говорят о том, что при победе Байдена на выборах его антироссийская риторика может усилиться и борьба между этими могущественными державами способна выйти на новый уровень. Вы разделяете эту точку зрения?

- Не разделяю. Мало кто знает, что именно Байден в самый разгар холодной войны прилетал в Москву с целью обсуждения разоруженческого процесса. Насколько я помню это был 1987-88 г. Значит он хорошо понимает, к чему может привести жесткое противостояние двух стран. Считаю, что Байден в состоянии задать более тонкую игру. Он может стать первым президентом, который может вывести отношения с Россией на качественно новый и позитивный уровень. Ведь Байден понимает, что натянутые отношения Вашингтона с Москвой выгодны только отдельным военно-промышленным альянсам, не народам двух стран. Российскому обществу, также как и американскому, уже давно понятно, что вся эта имитация борьбы и создание образа внешнего врага - явно устаревшие технологии. Тут еще одна большая проблема заключается в том, что антиамериканские настроения настолько глубоко засели в идеологическую машину России, также, как и антироссийская риторика прикипела к американскому госаппарату, что лидеры этих двух стран вынуждены быть врагами. И каждый новый президент США и РФ идет на поводу у своей бюрократической машины. Они оба боятся даже допустить мысль о хороших отношениях России и Америки. А ведь настоящий лидер не должен поддаваться идеологическому анахронизму и выстраивать лидерство на мускулах и силе. Настоящий лидер выстраивает отношения на доверии.  

- Могут ли страны центрально-азиатского региона встать перед выбором: склониться на сторону Соединенных штатов или лишится финансирования и другой поддержки со стороны США?

Сложно отвечать за весь регион. Особенно сейчас, в условиях политической неопределенности Кыргызстана. Да и в целом, страны Центральной Азии настолько разные по своим экономическим моделям, политическому строению и даже культуре, что географическая близость – чуть ли не единственный консолидирующий фактор в регионе. Туркменистан и Таджикистан очень скованы, предсказуемы и стабильны. Казахстан и Узбекистан продолжают свою многовекторную политику. Они понимают, что в мировой политике настоящих друзей и союзников не бывает. Думаю, в центрально-азиатском регионе в ближайшие годы наиболее понятным для всех трендом может стать усиление идей тюркского возрождения.

- Отношения между Казахстаном и США были стабильными во время президентства Трампа, останутся ли они таковыми при президентстве Байдена?

- Думаю, отношения Казахстана и США будут не просто стабильными, а в ближайшее время приобретут более тесный и теплый формат взаимодействия. Тут в пору отметить высочайший уровень казахской дипломатии, а также личное знакомство Президента РК Касым-Жомарта Токаева с Байденом. Также следует понимать, что исторически Америка никогда не была заинтересована в плохих отношениях со странами Центральной Азии по целому ряду причин.

- Прогнозируется серьезное обострение отношений между США и Турцией. Выгодна ли такая антитурецкая политика Центральной Азии?

- Турция в последнее время превратилась в новый центр силы с претензиями на лидерство, выходящее за рамки условного Востока и Евразии, так сказать от Урала до Дарданелл. Многим это не нравится. Тут важен другой более весомый аргумент. Байден всегда участвовал на стороне армянского лобби и поддерживал Армению в Карабахском вопросе еще в 90-е годы. Он даже голосовал за 907 поправку против Азербайджана. И тот факт, что Азербайджану в военном столкновении с Арменией этой осенью помогала Турция может стать реальным триггером для скатывания американо-турецких отношений. Но будем надеяться, что Джо Байден понимает, как изменился с тех пор этот мир. 

- Был ли для стран Центральной Азии выбор между "плохим и хорошим" кандидатом? Чья победа была выгоднее для центрально-азиатского региона? Почему?

- За последние 30 лет, с тех пор как в Центральной Азии появились независимые государства, в США сменились 5 президентов. И за это время политика США в отношении Центральной Азии не претерпела каких-либо серьезных изменений. Поэтому стоит ли говорить, что тот или иной кандидат хорош или плох для наших стран. Есть стратегические интересы, они и формируют повестку дня, тон и характер взаимодействия.