25.10.2020, 15:58
Алтынай Баедилова

Фархад Касенов: "Казахстанцы хотят перемен"

21 октября этого года Касым-Жомарт Токаев официально подписал указ о проведении очередных выборов в мажилис и маслихаты. Дата была назначена на 10 января 2021 года, однако обсуждение этого вопроса началось уже сейчас. Своим мнением по вопросам проведения выборов с редакцией platon.asia поделился руководитель Гражданского движения "Bolashaq" Фархад Касенов.
Фото: platon.asia

- Совсем недавно официально стали известны даты проведения выборов депутатов в мажилис. Стоит ли ожидать проведения честных выборов?

- Во-первых, тут есть множество различных моментов, начиная от того, что понимается под честными выборами теми или иными политическим силами. Потому что у каждой партии есть своя трактовка того, что является честным. Например, та партия, котораяобъективно или необъективно наберет наибольшее количество голосов на выборах, она будет категорически утверждать, что выборы были честные. 

Проигравшая же сторона всегда будет апеллировать к тому, что выборы де были сфальсифицированы, были нарушения в подсчете голосов и т.п. Достаточно сказать, что недавние выборы в Кыргызстане, где победили четыре партии, которые считались провластными, так вот они, например, считают до сих пор, что выборы были абсолютно честными и прозрачными, в то время когда их все оппоненты и те, кто не прошли, сочли выборы нечестными. Как следствие, их сторонники штурмовали Белый дом, устраивали массовые протесты,  которые известно, чем закончились. Поэтому вопрос, как будут расценены предстоящие выборы – это крайне субъективный вопрос, поскольку каждая сторона будет смотреть на это по- своему.  

Недавно мне довелось быть участником конференции  экспертов, посвященной как раз предстоящим выборам, партийной системе Казахстана в целом, и я заметил одну особенность: представители некой партии (которая недавно провела широкомасштабные праймериз), выражают уверенность,  что обязательно в январе выиграют выборы, потому что  за них проголосует большая часть населения и т.п. 

У такой убежденности  есть свои причины. Так, эта партия действительно известна, потому что она не сходит со страниц многих СМИ, причем она частью общества подвергается критике, а с другой стороны - идет её сильный пиар по всем параметрам. То есть действительно эффект узнаваемости есть. Многие рядовые казахстанцы из всех партий элементарно знают только про одну,  о которой постоянно говорят. 

Другой вопрос,  готовы ли избиратели на самом деле голосовать за эту партию. Думается,  что порой даже члены этой партии не всегда согласны с какими-то общими партийными решениями или проводимой линией, и далеко не факт, что они сами будут голосовать за свою партию. Но всегда существовало большое количество сторонников этой партии, которые, прежде всего, видели в ней партию стабильности, так как на фоне того, что произошло в других странах, таких, как Кыргызстан и Украина, они боялись потерять хрупкое равновесие, существующее в нашем обществе. 

И поэтому они были готовы голосовать за ту партию, которая обещала стабильность и развитие страны и при этом олицетворяла собой государство.  Многие годы этим обстоятельством и объяснялась достаточно низкая электоральная активность граждан и в то же время большой процент голосов, отданных за данную партию. 

В то же время очевидно, что в последние времямногое изменилось, а 2020 год вообще по многим показателям стал некого рода рубежным. И сейчас в багаже партии осталось в основном только слово «стабильность», но совсем мало «развития». И это очень трудный выбор для прежних сторонников, поскольку люди хотят и стабильности, и развития одновременно. 

Если нет устойчивого экономического развития, если благосостояние рядовых казахстанцев не растет, а, наоборот, падает, то уровень поддержки такой партии очевидно снижается. А ведь мы все видим, что идет рост цен на продукты и товары первой необходимости, социальная напряженность понемногу растет, и это будет продолжаться в связи с инфляцией, девальвацией тенге. На такие вызовы нужно давать адекватный ответ. 

Готова ли партия, которая претендует на большинство голосов в Мажилисе, давать подобные ответы, которые были бы релевантны происходящему, большой вопрос.

- Скажите, кто на Ваш взгляд уже сейчас опережает оппонентов и есть ли таковые?

- На это нельзя ответить однозначно, хотя и публикуются различные исследования, общественные опросы и т.п., которые говорят о том, что, например, та или иная партия является лидером, другая аутсайдером и т.п. 

Я бы хотел поставить вопрос в иной плоскости, а именно, насколько вообще казахстанцы доверяют нашей партийной системе? Насколько вообще они готовы голосовать за ту или иную партию? Готовы ли люди вообще голосовать по тем правилам, которые сейчас существуют? То есть готовы ли они голосовать не за отдельную личность, а за партию, чтобы потом эта партия сама выбирала, кто будет представлять ее в Мажилисе? 

Скажем так: есть устоявшаяся точка зрения у достаточно значительной части общества о том, что ныне существующая партийная система является во многом большой имитацией. Согласно такому мнению, реальной конкурентной борьбы между политическими силам, в рамках нашей партийной системы, нет, так есть одна большая партия, которая претендует на роль партии власти и есть, так сказать, ее маленькие клоны, «филиалы», которые их называют злые языки, а также есть квази-оппозиционные партии. Их называют квази-оппозицией,  потому что на самом деле оппозицией они не являются. 

Упомянутая точка зрения популярна и у населения, и в экспертном сообществе, и она очень любима журналистами. Согласно такому взгляду на происходящее, вся эта партийная конкуренция является фикцией, и вопрос заключается лишь в том, насколько так называемая партия власти захочет делиться местами в Мажилисе с другими партиями. 

Поэтому необходимо вернуться к первому вопросу: насколько вообще люди доверяют нашей партийной системе и электоральным процедурам? Согласно различным исследованиям, молодежь чаще всего проявляет абсентеизм относительно выборов. Молодые люди не хотят голосовать ни за одну партию, неважно, оппозиционная она либо провластная, так как они мало доверяют партийной системе в целом. 

Соответственно какой-либо высокой явки молодежи на выборы в Мажилис, думается, не ожидается. И вряд ли за оставшееся время ситуация изменится, даже если будет массированная агитация людей участвовать в выборах, не обязательно голосовать за какую-то партию, а просто участвовать в выборах. Вот как сейчас в США многие звезды и селебрити призывают голосовать не за какого-либо кандидата, а просто прийти за выборы, так как важно, чтобы был максимальное охват избирателей. 

Даже если сейчас будет активно развернута агитация по такой модели,  с призывами к гражданам участвовать в выборах, то все равно не факт,  что молодежь пойдет голосовать. Я не случайно это упомянул. Можно предположить, что молодежь вообще редко участвует в выборах и т.п. поэтому их в расчет брать не стоит. Ведь обычно участвуют люди среднего, более осознанного возраста,  и старшего. 

А пожилые люди, как правило, голосуют за тех, кто сейчас находится у руля, кто олицетворяет собой власть, поскольку это традиционная схема их мышления в целом. Во многом из, опять же, соображений сохранения стабильности, своевременной выплаты пенсий и т.п. Это может кому-то не нравиться, может раздражать, но факт, что пожилые люди обычно голосуют именно так.  Поэтому в России та же самая «Единая Россия», не смотря на всю критику, набирает стабильно высокие голоса. 

Предположим навскидку, что пожилые люди проголосуют как обычно, молодежь так же традиционно проигнорирует выборы, а люди среднего возраста будут пытаться выбирать  из предложенного каталога партий. Но как в целом все это отразится на доверии к прошедшим выборам? 

Ведь молодежь, даже не голосуя, все же имеет свою точку зрения на происходящие процессы. В то же время именно молодежь, а не люди старшего возраста, являются драйвером любых протестов. Тем более что протесты в последнее время сильно омолодились на постсоветском пространстве. 

Помните, был удивительный момент, когда после документального фильма «Он вам не Димон», на протестные акции в России пошла так называемая «школота», т.е. граждане настолько молодые, что даже еще не имели избирательного права из-за возраста. На этом примере можно  понять, что игнорирование выборов молодежью вовсе не означает, что победа той или иной партии будет молчаливо признана всем обществом. 

Наоборот, такой абсентеизм может привести к не очень хорошим результатам. Не хотелось бы приводить в качестве примера ни Белоруссию, ни Кыргызстан, но ведь в том же Кыргызстане на протестах мы видели очень много молодых лиц. Основная движущая сила любой революции – молодежь, наиболее активная её часть. Да, у нее есть лидеры и ими могут быть люди среднего и даже старшего возраста, но действующей силой все же является молодежь, и очень важно понять, как она себя поведет  в этой ситуации. 

Все эксперты почему-то ориентируются на пост-электоральный политический процесс, думают, как надо будет строить нашу партийную систему в будущем. Как по мне, еще рано забегать так далеко. Надо думать не о феврале, марте, а нужно подумать об 11, 12, 13 января, т.е. первых днях после выборов в Мажилис.

Что будет в это время? Как будут реагировать те, кто останется недоволен результатами выборами, будет ли их много, насколько они будут организованы и готовы ли они будут выйти на площади, чтобы выразить свой протест? Если да, то к ним может присоединиться молодежь, и причем не обязательно из среднего класса, либерально настроенная  молодежь. 

Нет, к протестующим может присоединиться, например, молодежь из области, или молодые люди, которые приехали из ауылов и пытаются найти своё место под солнцем в городе, который, как известно,  очень жесток к ним. Многие привыкли пренебрежительно называть их «маргиналами», не видя за ними силу. 

Но завтра именно такая «забытая» нашим обществом молодежь может присоединиться к волнениям и тогда их вектор быстро переменится. В таком случае вопрос будет стоять уже не о сугубо мирных протестах, по поводу выборов в Мажилис, а может быть поставлен вопрос о доверии к существующей политической системе в целом.

- Есть ли фавориты у Вас?

- Вопрос хороший, но я скажу, что у фаворитов у меня нет. Потому что я сейчас не сопереживаю какой-либо партии, да и если подходить к вопросу объективно, никто из существующих партий не проявляет вообще какой-либо активности, даже в СМИ и соцсетях. Да и в целом большой уровень  апатии и в обществе, и у меня имеет место быть. Поэтому как такого фаворита у меня нет.

- Стоит ли ожидать перемен на политической арене?

- Думается, всем понятно, что рядовые казахстанцы хотят перемен, позитивных изменений,  но есть вопрос, насколько эти ожидания позитивно воспринимаются нашим политическим истеблишментом,  насколько там готовы пойти на перемены. 

Необходимость перемен сейчас осознают все, и «низы» и «верхи», но вот насколько это будет возможно трансформировать в более-менее эффективный политический процесс, который отвечал бы интересам Казахстана и не вызывал очень жесткую политическую дестабилизацию, которая поставит крест на социально-экономическом развитии страны?

Очевидно, что без каких-либо ощутимых перемен в стране ситуация может ухудшиться, но как это сделать, образно говоря, чтобы не «выплеснуть с грязной водой и ребенка»?

- На Ваш взгляд, оказало ли происходящее в соседних странах влияние на нас и если да, то каким образом?

- Конечно, они оказали влияние. Я довольно тщательно отслеживаю информационное поле нашей страны, социальные сети, смотрю результаты экспресс-опросов, много беседую с людьми, и могу сказать, что произошедшее в Кыргызстане вызвало живой интерес у казахстанцев.

Нужно признать, что есть большое количество людей, которым импонирует решительность кыргызов, то, что у них постоянно происходят такие протесты. Да, наши граждане осознают, что это не всегда приводит к улучшению экономической ситуации и т.п., но все равно позитивно относятся к революциям в Кыргызстане. Основной довод, что кыргызстанцы готовы очень решительно бороться за свои права. 

Есть определенное накопление раздражения и недовольства у рядовых казахстанцев, которые порой сегодня не видят эффективных каналов коммуникации с властью, по которым можно было поделиться своими проблемами и чаяниями, несмотря на концепцию «слышащего государства». В итоге возникает общественное мнение, что в  правительстве не знают о ситуации, либо знают и бездействуют. Такое убеждение есть не у всех, но у многих. 

Поэтому люди и говорят, что если не могут рассказать о своих проблемах напрямую, то тогда им становится более близок вариант силового сотрясения всей политической системы. Они не ждут, что это приведет к успеху, они просто хотят каких-либо позитивных изменений. Мечтают, образно выражаясь, «достучаться до небес». Чтобы «небожители» проснулись и поняли, что рядовым казахстанцам нужно помогать, причем на постоянной основе, а не эпизодически. Нужно создавать условия для того, чтобы люди могли жить и работать в нормальных условиях. Конечно, это немного патерналистский взгляд на жизнь, но такие настроения общества, без сомнения, существуют, и их нужно учитывать.

Фархад, спасибо за интервью!

Мнение