Евразийский экономический союз: итоги первой пятилетки

Евразийский экономический союз: итоги первой пятилетки

Экономические показатели ЕАЭС падают, а законы размываются

В первый день 2020 года Евразийский экономический союз (ЕАЭС), включающий Россию, Армению, Беларусь, Казахстан и Кыргызстан, вступил в шестой год существования. Хотя полдесятилетия недостаточно, чтобы выполнить задачу Геркулеса по интеграции пяти экономик, почти повсеместное разочарование в ЕАЭС заставляет вспомнить притчу о сизифовом труде. Годовщина его основания дает возможность пересмотреть историю, результаты и перспективы ЕАЭС.

Происхождение и обещание

ЕАЭС возникла из ряда неудачных попыток интеграции экономик постсоветских стран. В середине 2000-х годов, после того, как Оранжевая революция не позволила Москве создать совместное экономическое пространство с Беларусью, Казахстаном и Украиной, Россия сосредоточилась на консолидации более узкого экономического союза с Беларусью и Казахстаном. С 2007 по 2010 год Россия, Беларусь и Казахстан подписали несколько соглашений, направленных на создание Таможенного союза. Таможенный контроль на границах между Россией и Беларусью, а также между Россией и Казахстаном был отменен 1 июля 2011 года, и Москва приветствовала это как «самое важное геополитическое и интеграционное событие… после распада Советского Союза».

В декабре 2009 года президенты трех стран подписали заявление о намерении перейти на более высокую ступень интеграции - Единое экономическое пространство (ЕЭП). В заявлении указан общий рынок товаров, капитала и рабочей силы; согласованная налоговая, монетарная, фискальная и торговая политика; объединенные энергетические, транспортные и информационные сети. В 2012 году была открыта ЕЭП, и начала действовать Евразийская экономическая комиссия, ее наднациональный исполнительный орган.

CES еще не появился, когда начала раскрываться еще одна глава интеграции. С запуском путинской кампании за третий президентский срок осенью 2011 года был обнародован ряд далеко идущих инициатив. Среди них было углубление интеграции в рамках Таможенного союза, который должен был быть переименован в Евразийский союз, проект, изложенный в газетной статье, опубликованной под подписью Путина в октябре 2011 года. Договор о ЕАЭС был подписан в мае 2014 года и вступил в силу в 2015-м.

Во многих отношениях нормативная база ЕАЭС знаменует собой отход от предыдущих попыток постсоветской экономической интеграции. Он необычайно последовательный, с принципами и нормами, разработанными и должным образом подкрепленными конкретными правилами и процедурами принятия решений. Основой всего здания является либеральная экономическая идеология. Действительно, текст статьи Путина в газете о евразийской интеграции может заставить читателя поверить, что он написан образцом либерализма. Гражданам обещали «свободный выбор, где жить, учиться или работать», предприятиям обещали «все преимущества отечественного производителя» в странах союза, а государствам-членам обещали «партнерство» с ЕС и возможную интеграцию в «Большую Европу, объединенную общими ценностями свободы, демократии и рыночных законов».

Основной целью ЕАЭС является обеспечение свободного перемещения товаров, услуг, капитала и рабочей силы и функционирование Таможенного союза. Когда были согласованы нормативные рамки ЕАЭС, общее понимание заключалось в том, что организация сосредоточится на экономических вопросах и будет настолько аполитичной, насколько это возможно. Казахстан стремился уделить приоритетное внимание экономическому аспекту и заблокировал российские предложения по наделению ЕАЭС компетенцией в области координации внешней политики, защиты границ, визовой политики, здравоохранения, образования и культуры.

Родовая травма и раннее исполнение

Нормативная база Таможенного союза и ЕЭП (переименованная в ЕАЭС, с незначительными существенными изменениями) была согласована в 2009–2012 годах в относительно благоприятном международном политическом и экономическом контексте. Вследствие высоких цен на нефть российская и казахстанская экономики росли, что давало дополнительные выгоды для Беларуси, страны, тесно связанной с российским рынком. Совершенно иные международные условия и экономическая ситуация сопровождали переход от ЕЭП к ЕАЭС в первые пять лет работы союза.

Кризис вокруг Украины стал травмой при рождении ЕАЭС. Когда Россия ответила на западные санкции, наложенные против нее за аннексию Крыма и вторжение в Донбасс с запретом на импорт сельскохозяйственной продукции из ЕС и остановку свободной торговли с Украиной, другие члены ЕАЭС не последовали этому примеру. Казахстан открыто поставил под сомнение утверждения Москвы о том, что Соглашение об ассоциации между Украиной и ЕС наносит ущерб экономическим интересам стран ЕАЭС, а Беларусь занимается реэкспортом санкционированных товаров украинского происхождения в Россию. В явном отклонении от норм ЕАЭС Россия развернула «мобильные таможенные подразделения» вблизи границ с Беларусью и Казахстаном, чтобы предотвратить незаконный импорт санкционированной продукции.

Падение цен на нефть и последствия западных санкций против России привели российскую экономику к рецессии: ВВП упал на 3,7% в 2015 году и еще на 0,6% в 2016 году. Белоруссия сильно пострадала от рецессии в России, потеряв 3,9% ВВП в 2015 году и 2,6% в 2016 году, а ежегодный экономический рост Казахстана замедлился до 1% в 2015 и 2016 годах. Все валюты ЕАЭС были девальвированы.

Поворот внешней политики России в 2014 году и изменение ее международного статуса подорвали основополагающий принцип свободной торговли ЕАЭС. С новой «избирательной» реализацией базовых принципов союза в Москве, его нормативно-правовую базу стало намного сложнее поддерживать. По мере нарастания напряженности в отношениях с США и ЕС Россия начала «секьюритизировать» ЕАЭС, все чаще рассматривая ее как зону политического влияния. Армения была вынуждена отказаться от своей давней цели заключить Соглашение об ассоциации с ЕС и вступить в ЕАЭС. Кыргызстан, неподготовленный к членству в ЕС, был поспешно завербован в ЕАЭС в 2015 году.

Неудивительно, что в 2014–2019 гг. в ЕАЭС наблюдался регресс в свободном перемещении товаров между странами-членами по сравнению с 2011–2013 гг. Не имея возможности использовать тарифы и квоты друг против друга, страны ЕАЭС прибегли к широкомасштабному использованию санитарных и ветеринарных мер контроля и административных барьеров для продвижения своих индивидуальных политических и экономических интересов. Давно обещанное создание совместного органа санитарно-ветеринарного контроля остается отдаленной и неясной целью. Единые рынки нефти, газа и электроэнергии запланированы на 2025 год, однако пока не принято никаких решений относительно того, как эти рынки могут функционировать.

ЕАЭС добился определенного прогресса в торговле услугами. Сорок три сектора услуг были либерализованы в январе 2015 года, еще девять секторов, включая рекламу, туризм и исследования, были утверждены для либерализации в мае 2018 года. Либерализация финансовых услуг была отложена до 2025 года. Образование стало одним из оспариваемых сфер, поскольку Россия стремится расширить интеграцию в эту область, утверждая, что это услуга, связанная с общим рынком труда, в то время как Казахстан решительно возражает против этой идеи, Беларусь также проявляет мало энтузиазма.

ЕАЭС внес свой вклад в облегчение перемещения рабочей силы. Время для регистрации трудовых мигрантов по новому месту жительства было расширено, а количество необходимых документов уменьшено. Были введены единые правила, регулирующие доступ мигрантов к медицинскому обслуживанию и дошкольному образованию, а в декабре 2019 года было подписано соглашение о пенсионных правах трудовых мигрантов.

Тяжелые экономические времена и обесценивание валюты во многом объясняют неутешительный прогресс ЕАЭС во взаимной торговле. После нескольких лет быстро растущей взаимной торговли (которая выросла на 29% в 2010 году, на 34% в 2011 году и на 9% в 2012 году), товарооборот между странами ЕЭП сократился на 4% в 2013 году, на 11,6% в 2014 году и на 25,4% в 2015 году. В 2016 году произошло дальнейшее снижение на 5,8%. В 2017 году, когда цены на нефть стабилизировались, а валюты ЕАЭС понесли некоторые потери, взаимная торговля начала восстанавливаться, хотя и неустойчиво. Однако торговля ЕАЭС с внешними партнерами понесла большие убытки, и доля торговли внутри ЕАЭС в общем обороте, оставаясь относительно низкой для интегрированной экономической группы, увеличилась с 12,3% в 2014 году до 14,6% в 2017 году. В 2018 году рост цен на сырьевые товары привел к изменению этой тенденции, и доля торговли внутри ЕАЭС снизилась до 13,5%. В первые восемь месяцев 2019 года торговля внутри ЕАЭС, сдерживаемая вялым экономическим ростом в России, демонстрировала продолжение нисходящей динамики, упав на 3%.

Перспективы

Хотя ЕАЭС действительно дает некоторые ощутимые выгоды для граждан и бизнеса, он приближается к тому, чтобы стать проектом нереализованных амбиций, поскольку несоответствие между ожиданиями государств-членов и реальностью растет, а нормативная база профсоюза размывается.

Пока что Россия настойчиво пытается двигать дальше проект ЕАЭС. Тем не менее, она все больше склонна использовать кнут, а не пряники в отношениях со своими партнерами, что уменьшает вероятность распада ЕАЭС, но делает углубление интеграции более проблематичным. Если не будет устранена «родовая травма» ЕАЭС и не начнется урегулирование кризисов в отношениях ЕС-Россия и США-Россия, ЕАЭС, похоже, обречена на инерцию и стагнацию.

 

Оригинал публикации: https://www.wilsoncenter.org/blog-post/the-eurasian-economic-union-five-great-expectations-and-hard-times

 

Фото: с открытых источников