Токаев должен сплотить вокруг себя интеллектуалов. Старый Джон знает, как это сделать

Токаев должен сплотить вокруг себя интеллектуалов. Старый Джон знает, как это сделать

Материал Джанибека Сулеева

В своём знаменитом труде философ и социолог Ортега-и-Гассет в двадцатые годы прошлого века печалился, что какими бы зверями ни были большевики, они всё равно лучше любого европейского, пусть даже самого гуманного, самого доброго и безобидного для своих граждан правительства в мире.

Почему? Потому что у большевиков есть мечта, план, проект - кричал он - они осмысленно строят своё будущее, а в Европе (на момент публикации «Восстания масс») ничего подобного ни у кого не было. Никакого плана, мечты, одни тряпки на уме, граммофоны, да кино с футболом. Вскоре, впрочем, один хорошо памятный до сих пор глобальный проект появился в Германии, но эта история закончилась крахом в разы быстрее, чем история возвышения и падения большевиков. К настоящему времени другая мечта, другой план Ортеги - и многих до и после него - об объединённой Европе - кое-как сбылась. Запланированное еще в XIX веке объединение европейских стран состоялось. Что из этого вышло - это другая, не наша тема. Заметим только: как философ в те годы ничего внятного не сказал о цели этого объединения, так и сегодня это не вполне ясно.

Мы не для того вспомнили замшелого уже в целом испанского мыслителя, чтобы показать, какие мы образованные. Его устами похвалить большевиков. Поругать Европу. Просто сама боль Ортеги об осмысленном, направленном на далекие цели существовании человека именно сейчас для нас как никогда актуальна. Ортеги-и-Гассета местного разлива вот только, кажется, нет. Хотя бы половинки или четвертинки его. Об этом разговор.

Настоящий выбор пути Казахстаном происходит именно сейчас. Предыдущая цель -создание какого-никакого государства - выполнена. Для чего? Вопрос не так прост, как, рискнём предположить, многим он представляется. Тем более он не бессмыслен.

Но редуцируем тему разговора. Не будем про политику. Про демократию, управляемую или, понимаешь ли, настоящую. Пробежимся кратко по нематериальному и лёгкому. А в конце этой заметки скажем, для чего эта пробежка была нужна. Увидите, не для того чтобы побрюзжать…

Вот, например, кино. Производство фильмов. Фестивали самого массового из всех искусств. Они нам для чего? Свои и чужие. Что после проведения каждого из них случается? Даже Каннский кинофестиваль перестал быть масштабным событием, меняющим культурную панораму мира. Проверьте себя: кто там и что там взял за последние, скажем, два-три года? А ведь тридцать лет назад любой интеллигент или киноман в мире – в Казахстане в том числе - отвечал на этот вопрос с лёгкостью. Сейчас нет внятного ответа, но мы тоже большие, нам нужно для «туда» снимать фильмы и приглашать (всегда самые отстойные в мире) к себе. На очередную «Евразию». Это даже не отсталость. Это отсутствие настоящего проекта, желания, кинематографической мечты. Это ничто.

Или для примера возьмём самый массовый вид спорта из всех известных - футбол. Почти ни один наш игрок не поставил себе высокую карьерную планку: играть в настоящем клубе в настоящей лиге. Впрочем, было два мечтателя в молодые годы. Один нашел, в конце концов, свою пристань в «Кайрате», другой в «Кайсаре» в Кзыл-Орде. А так даже пустых разговоров об этом сейчас раз-два и обчелся. Есть высокая зарплата, какие-никакие поклонники, статус в областном центре, а то бери выше – в одной из двух столиц и… и все. В человеческом плане - конформизм, даже странный для людей, занимающихся непроизводственной, как ни крути, творческой, по идее, деятельностью. Один международный матч выигрываем, три сливаем, еще один – как получится. В итоге то же ничто. Отсутствие плана. Отсутствие мечты.

Литература. Тиражи любых книг - кроме учебников и учебных пособий, изданных по госзаказу - говорят сами за себя. Просто поделите 1000 экземпляров любой местной прозы или поэзии на количество умеющих хорошо читать граждан – это не меньше 16 млн. – и вы получите то же самое. 0,54 одной книжной строки любой книги на одного любого читателя. Издается около 200 новых книг – еще раз напомним, речь не об учебниках и учебных пособиях - в год. Получается около 100 новых строк – не книжек! – за этот период. Сетевых читателей читают еще меньше. Там и тридцать или сорок читателей, а не тысяча, достижение.

А вот, например, ВС (Вооруженные Силы) Франции прямо сейчас создают «красную команду» из …писателей-фантастов (!!!). Эксперты будут предсказывать угрозы, которые могут коснуться страны в будущем. По информации Агентства по оборонным инновациям, они будут «предлагать сценарии разрушения», о которых не догадались военные стратеги. В группу войдут четыре или пять писателей. С помощью ролевой игры и других методов команда попытается представить, как террористические организации или иностранные государства могут использовать передовые технологии. То есть, правительство Франции, задавшись вопросом, а кто у нас продвинутый писатель-фантаст, способно получить ответ: вот, вот этот и этот. Знает, у кого нужно спрашивать, чтобы этот ответ иметь.

Понятно, что мы с иностранными государствами и террористами не контактируем, поэтому и писатели-фантасты нам вроде бы ни к чему.

Но чёрт с этими писаками. Ещё есть наука. Хорошо вообще, что она ещё есть. Прикладная, маленькая, вокруг нефти, металлургии, химии в основном, но всё же. В плане фундаментального исследования мироздания мы больше не игроки, мы – ничто. Но вспомним, как президент США Рузвельт встретился с Эйнштейном, чтобы спросить у него, а может ли быть правдой то, что говорят про разрушительную энергию атомного ядра. Он знал, что если Эйнштейн ответит «да», нужно без промедления начинать американский атомный проект. Дело не в том, что у Рузвельта и его аппарата не было времени во всём разобраться самим. Что они понимают в этих математических простынях, терминах, греческих и латинских буквах, графиках, чертежах, в которых вообще на свете мало кто понимал тогда, да и понимает сейчас? Но у них был эксперт, который скажет «да» - значит да. «Нет» - нет. Неважно, по чьей инициативе встреча состоялась. Важно, что Рузвельт доверился Эйнштейну. Случись подобная, пусть не именно такая, надобность у нашего президента, кого он позовёт чтобы спросить, и, услышав ответ, принять то или иное решение? Лидера оппозиции? Знатока кулуарных интриг? Личного повара или зубного техника? Певца Димаша? Или неужели …доблестную блогерскую тусовку казахстанского розлива?

Вы уже поняли, о чём речь. Но к чему эта пробежка была?

К тому, что нам интересно, а думает ли о таких вещах президент Касым-Жомарт Токаев? Где хотя бы попытка собирания интеллектуальных, творческих сил, какие уж на данный момент есть, в ядро, какое уж там получится? Этого не видно совсем. Отговорка, что есть более насущные задачи, тут не проходит. Тут, скорее, показательно и мрачновато забавно, что вышеизложенная тематика понимается как чепуха, как отвлечение человека от неких на самом деле полезных, архисерьезных дел. Это заблуждение. Сытость - не решение проблем человеческого существования. Не способ избежать бед и сохранить народ и страну. Примеры вы знаете.

Всё, что в плане собирания интеллектуальных сил в ядро, превращения ничто в нечто, может сделать президент Токаев для Казахстана способен сделать только он один. Потому что следующим государем будет, абсолютно точно, человек с другим кругозором, другим образованием, другими талантами. Не интеллектуал, если президент Токаев ничего не изменит в государстве.

Но президент Токаев пока ничего действительно важного, настоящего не делает. Национальный совет общественного доверия это не про то. Это про политику, про диалог общества и власти, про представительские дела и обратную связь. Архиважные дела, конечно. Но они не про настоящую элиту, которую любому не очень мелкому государству иметь просто необходимо. Клановое оно, родовое, или какое бы то ни было ещё. Кроме компрадорского. Там-то любой ум - элементарная помеха.

Что было бы - про то, мы не знаем. Это должны знать интеллектуалы, которых президент Токаев должен к себе приблизить, чтобы понять, кто они, есть ли смысл к ним прислушиваться. В каких-то важных вопросах им доверять. Чтобы, наконец, обрести не декларативный план развития государства. Определиться, наконец, что мы строим. Конкретно, насколько это возможно. С параметрами, дефинициями, числами. Своими. А не «войти в 50» тех или иных, которые не мы, и которыми мы никогда не будем.

Без этого не выйдет ничего путного. Вот увидите… Это вам старый Джон говорит, который знает тех самых людей, которые могут образовать «красную команду»… А они – знают его, может не равного им, зато умеющего «сводить провода» и высекать искру.