Неоосманистские амбиции Турции

Неоосманистские амбиции Турции

Политические изгибы туранской дуги

Сегодня Турция является важным актором в мировой политике, выступая участником поддержания мира и безопасности в Ираке, Сирии и Ливии, обеспечения стабильного политического будущего в этих странах. Анкара заинтересована в поддержании стабильности на Ближнем Востоке, так как это напрямую связано с безопасностью и стабильностью внутри самой Турции. Одним из главных приоритетов внешней политики Турции является развитие интеграции тюркского мира, в том числе за счет углубления сотрудничества с Центральной Азией. Эта активизация деятельности Турции на международной арене во многом обусловлена возрождением ее имперских амбиций в виде неоосманизма. Примечательно, что внешняя экспансия Турции приводит к разного рода конфликтам с рядом государств, таких как Сирия, Греция, Кипр, Армения, Ирак, Египет, Израиль. Некоторые из этих государств в открытую заявляют о сегодняшних неоосманистских имперских претензиях Турции.

Такую значимую роль в мировой политике Турция стала играть с приходом к власти Р. Эрдогана. Томас Уиллер пишет - партия Справедливости и Развития, придя к власти в 2002 году, начала демонстрировать миру, что Турция является активным игроком в региональной и глобальной политике. Уиллер при этом указывает, что турецкая внешняя политика привязана к соседним регионам, включая Центральную Азию. Впрочем, еще в начале 1990-х годов Тургут Озал предложил идею о присоединении к Турции некоторых областей Ирака, исторически принадлежавших османам. Тогда большая часть турецкой элиты не поддержала такие планы. Но сегодня идеи международной экспансии Турции одобряет большинство турецкого общества.

Сегодняшние имперские амбиции Турции имеют преемственность с османским прошлым. К примеру, в Анкаре считают, что иракские провинции Мосул, Киркук и Ниневия были незаконно отобраны у Турции англичанами после Первой мировой войны. Сегодня Турция активно развивает отношения с северной частью Ирака посредством третьей по численности в Ираке этнической группы – туркоман, а также лидера иракских курдов М. Барзани. Анкара уделяет большое внимание стратегическим магистральным нефтепроводам, идущим из северного Ирака в турецкий порт Джейхан. Существует план строительства газопровода из Иракского Курдистана в Джейхан.

В настоящее время Анкара не против стать лидером суннитов, поддерживая разные мусульманские организации, начиная от «Братьев мусульман». Следует не забывать, что в османском прошлом Турция была исламским халифатом. Есть мнение, что активная политика Турции, в частности в Ливии, обусловлена стремлением «стать образцом и идейным лидером региона». Не случайно организация «Братья-мусульмане» работает в Ливии под эгидой правительства Сараджа. Напомним, что и Ливия, и Сирия в свое время входили в состав Османской империи, на что сегодня ссылаются часто неоосманисты. В этой связи отметим, что три дня назад командующий Ливийской национальной армии (ЛНА) Халифа Хафтар заявил, что власть в Ливии переходит к его структуре. Вместе с тем ЛНА больше контролирует восток Ливии, а значительная часть запада страны находится под управлением Правительства национального согласия (ПНС) Фаиза Сараджа. Отметим, что Х. Хафтар поддерживается Россией, ОАЭ и Египтом, а ПНС - Турцией. По просьбе Ф. Сараджа Турция отправила ему на помощь воинский контингент. На стороне Х. Хафтара воюют бойцы ЧВК «Вагнер».

Ряд экспертов полагает: «Москва и Анкара нацелены на разграничение сфер влияния в Ливии с учетом интересов друг друга». Тем более что Москва имеет контакты и с Ф. Сараджем, который приезжал в Кремль на приватные переговоры. За счет сотрудничества с Россией Анкара, видимо, также намерена предотвратить пагубное влияние США на конфликт в Ливии. Как известно, в Ливии находятся большие месторождения нефти, правда, находящиеся под контролем Х. Хафтара и уже частично разрабатываемые российскими компаниями. Москва жаждет восстановления многомиллиардных контрактов, заключенных с М. Каддафи. Кроме того, Ливия имеет хорошо оборудованные порты на побережье Средиземного моря, что дает большие логистические возможности по контролю за транзитно-транспортными торговыми потоками в этом регионе. За ресурсы Ливии конкурируют много игроков. Так, например, Франция поддерживает власть Халифы Хафтара. Италия признает легитимной в Ливии власть ПНС Фаиза Сараджа, но при этом ведет переговоры и с Хафтаром.

В целом в последние два года Анкара стала играть более видную роль в Средиземноморье. Так, после договора с правительством Сараджа о делимитации морских границ, Турция получила возможность оказывать влияние на разработку углеводородов на шельфе Кипра. Теперь газопроводы с этих месторождений могут пойти в Европу через территорию Турции. Мы в ряде статей сообщали, что Турция стремится стать главным региональным газовым хабом в Европу, что стимулирует ее развивать разные газовые проекты. Необходимо отметить, что Турция настроена на согласование своих интересов с Россией в Ливии, Сирии не только по геополитическим соображениям, но и потому, что имеет с российской стороной большие стратегические совместные экономические и военно-технические проекты. К тому же Анкара поняла, что Евросоюз не намерен принимать Турцию в свой состав. Кроме того, у Анкары в последнее время натянутые отношения с США. Все эти факторы способствуют политическому сближению Анкары и Москвы. Тем самым Турция стремится в Ливии и Сирии разграничивать с Россией сферы влияния.
Всем известно, что одна из основных статей дохода Турции – это туризм и авиаперевозки. Все это сейчас в условиях пандемии оказалось заморожено. Вдобавок снизилось потребление нефти, газа, другой продукции в ЕС, в том числе тех объемов, что идут с турецкой территории, включая транзитные поставки. Такое положение вещей подстегивает Анкару расширять свои геоэкономические и геополитические проекты, чтобы укрепить в числе прочего свою экономическую безопасность. Большое влияние на развитие имперских амбиций Турции оказывает внутриполитическая обстановка. В прошлом году правящая Партия справедливости и развития (ПСР) потерпела поражение на региональных выборах в Анкаре и Стамбуле, что не на шутку встревожило Р. Эрдогана. Среди всего прочего, на выборах 2018 года Эрдоган получил всего лишь 52 процента голосов избирателей. Иначе говоря, для укрепления своих политических позиций в стране, расширения народной поддержки Р. Эрдоган заинтересован в расширении турецкой экспансии в ареале бывшей Османской империи.

Турция имеет большой, многовековой уникальный опыт сосуществования тюркской культуры с множеством других культур, включая византийскую, арабскую, европейскую, персидскую. Словом, учитывая возрастающее международное могущество Турции, это тюркское государство может стать для остального тюркоязычного мира не только авторитетным локомотивом тюркской интеграции, (разумеется, без создания единого государства), примером развития, но и также воротами в Европу, европейскую цивилизацию, к которой отчасти относится и США. Более того, Анкара в русле исторической преемственности может стать одним из главных цивилизационных посредников между Азией и Европой. Можно сказать, что весь тюркский мир выглядит как некий мост (культурный, транзитно-транспортный) между Европой и Азией, к тому же географически находясь в этом ареале…

 

Аналитический отдел Platon.asia

 

Фото: с открытых источников