21.06.2019, 02:28
Platon.Asia

Мы будем свидетелями грандиозной имитации демократии - Мамырайымов

Роль парламента усилится, чтобы контролировать Токаева и правительство

Смена президента в Казахстане многократно усилила градус критики действующей власти со стороны отечественных экспертов и политологов. Редакция Platon.asia обратилась к известному отечественному политологу Талгату Мамырайымову, который рассказал, почему в политической жизни Казахстана царят пацанские понятия, для чего был инспирирован «проект Косанов» и как с помощью митингов одни ханы пытаются заменить во власти других.

- Как бы вы в целом оценили прошедшие выборы? Что они дали нашему обществу?

- Хотелось бы полагать, что прошедшие выборы вселили в широкие круги нашего общества надежду на демократические перемены. Однако, трезво анализируя весь этот избирательный процесс, понимаешь, что вселить в людей такую надежду – это, наверное, была одна из задач властей. То есть эти выборы, по своей сути, мало отличались от всех предыдущих. За тем лишь исключением, что в этот раз власти больше старались имитировать прозрачные, конкурентные, демократические выборы, нежели ранее. По всей видимости, Нурсултан Назарбаев озабочен тем, чтобы Токаева признали в первую очередь на Западе как легитимного президента Казахстана. От этого, должно быть, зависит будущее его политических и экономических активов. Тем не менее, как сообщают разные наблюдатели, на этих выборах активно применялись разные подтасовки, вбросы голосов в пользу Касым-Жомарта Токаева. Другое дело – митинги, прошедшие в эти дни. Хотелось бы их рассматривать, как свидетельство просыпающейся гражданственности, демократической культуры наших людей. Но больше поводов думать, что людям больше нужно более справедливое распределение ресурсов, чем демократия, гражданские, политические права и свободы. Другими словами, одни ханы хотят заменить других ханов во власти.

- Есть ли надежда на то, что Токаев начнет самостоятельную политику? При каких условиях это может произойти?

- Не думаю, что Токаев будет реализовывать политику, не одобренную Назарбаевым. Хотя, наверняка, у него есть карт-бланш на некоторые самостоятельные решения, но они вряд ли будут носить стратегический характер: то есть пытаться изменить основы политической и экономической архитектуры сегодняшнего Казахстана он не будет. Если и будут такие акции, то они станут не случайными – их сам Назарбаев в свое время не хотел разрешать, а теперь есть человек, который будет таскать для него каштаны из огня.

- Как вы думаете, чем были обоснованы беспрецедентные «меры безопасности» казахстанских властей против митингов? Насколько высок градус страха у власти и чем это продиктовано?

- Такие меры безопасности – обычная норма для нашей власти. Это их миропонимание, культура. Другого языка, других, более мягких ценностей и норм они не знают и не хотят знать. Насилие над людьми, стремление заставить людей шагать строем – это их тонус жизни, внутренний мир. И это не страх, а нечто вроде реакции одних пацанов-бандитов на наезд других пацанов. Мир всего нашего общества – это мир пацанских понятий, пацанской культуры. Но, разумеется, власти понимают, что нужно как-то «успокоить» народ, иначе все может плачевно закончиться. Поэтому в ближайшее время следует ожидать такого рода действия. И предложение Токаева о создании Национального совета общественного доверия относится к этому сценарию.

- Будет ли Токаев реформировать политическую систему и усиливать роль парламента?

- Размах прошедших митингов, возможно, подсказывает властям, что успокаивать народ только лишь обещаниями светлого будущего и реализацией косметических социально-экономических мер недостаточно. Требуются политические реформы. Собственно, во время прошедших митингов местами выдвигались такие лозунги. Но не думаю, что это произойдет до парламентских выборов. Новый Мажилис при таком раскладе нужен будет не только для законодательного оформления реформирования политической системы, но и также для того, чтобы перетасовать колоду высших политических управленцев. Так можно «убить несколько зайцев» - под предлогом модернизации политической системы убрать из нее ненужных людей, которые слишком возвысились и могут быть опасными в период транзита.

- Если в ближайшем будущем роль парламента усилится, то это автоматически повысит статус парламентских выборов. Как вы считаете, результаты на президентских выборов могут означать, что какая-то из двух партий («Ак жол» либо КНПК) будет терять позиции?

- Мне кажется, все будет зависеть от того, каких людей уберут из политической колоды после выборов. Ведь суть нашей политической системы тесно связана с характером элитного состава. Иначе говоря, изменение политической системы мало отразится на характере политики, политической культуры элиты. Наш парламент не будет местом выдвижения, обсуждения, разработки и принятия ключевых политических решений, как это принято на Западе. Другими словами, не важно уйдет ли «Ак жол» и КНПК из Мажилиса, либо их заменят другие партии. Суть работы Мажилиса мало изменится, однако станет больше имитации прозрачности, демократичности его работы, якобы воздействия на курс государства.

Но, с другой стороны, усиление роли парламента, видимо, будет подводиться под Даригу Назарбаеву с тем прицелом, чтобы она контролировала работу Токаева и правительства. Тем самым мы будем свидетелями грандиозной имитации демократии, якобы демократического разделения ветвей власти. Впрочем, от этого наш парламент не станет работать как парламенты классических демократий. Просто теперь у нас станет больше бастыков, которые могут раздавать команды, «двигать крышу» и «быть в доле» с крупных государственных проектов. Правда, над всеми будет возвышаться и всех контролировать Совет безопасности во главе с Назарбаевым…

- Есть ли перспективы у условной «партии Косанова»? Какие еще объединения могут трансформировать в партии и играть роль в будущем страны в ближайшее время?

- Имитация политических изменений, модернизации политической системы требуют создания более или менее «оппозиционной» партии. Как известно, ранее у нас были ликвидированы все оппозиционные партии, объединения. Отсутствие институционально оформленной политической оппозиции, объединений инакомыслящих, видимо, вызвало резкую критику Запада. Да и властям, скорее всего, стало понятно, что эту пустую нишу, на неформальном уровне, может заполнить тот же ДВК. «Акорда» поняла, что протестно настроенный электорат нужно отбить у ДВК посредством создания «конспиративной» оппозиции, либо через предоставление возможности открыть партию тем людям, с которыми можно договориться. Словом, власти дадут зеленый свет только тем партиям, объединениям, за которыми стоят «адекватные», удобные люди, с которыми решили поделиться властью, деньгами для «успокоения», более мягкого контролирования народа…

 

Читайте еще:
Мнение