14.11.2020, 07:36
Аналитический отдел platon.asia

Москва «взялась» за Туркменистан

Россия опасается роста влияния Турции в ЦА
Фото: https://www.gazeta.ru/

На днях В. Путин подписал закон «О ратификации Соглашения между Российской Федерацией и Туркменистаном о сотрудничестве в области безопасности», которое было заключено 10 апреля 2003 года. Столь поздняя ратификация данного соглашения вызвала ряд толкований, некоторые из которых больше относятся к конспирологическим теориям, нежели к экспертным заключениям. В частности, российское издание «Версия» пришло к «выводу», что в результате этого соглашения произойдет ротация миграции, когда трудовых мигрантов из Кыргызстана в России заменят туркмены (https://versia.ru/bujnyx-kirgizskix-gastarbajterov-zamenyat-pokladistymi-turkmenami). Версия полагает, что Бердымухамедов вынужден на это пойти – из-за тяжелой социально-экономической ситуации в Туркменистане. 

На самом деле, инициатором данного соглашения является Москва, ибо документ был внесен на рассмотрение в Госдуму в августе и ратифицирован 21 октября. Только потом, 24 октября, Соглашение утвердил туркменский парламент. Кроме того, опрошенные platon.asia туркменские эксперты не согласились с вышеприведенным выводом Версии касательно туркменской трудовой миграции в Россию. Известный туркменский правозащитник, основатель сайта «Хроника Туркменистана» Фарид Тухбатуллин отметил, что сильно сомневается насчет отправки туркменских трудовых мигрантов в Россию. Ф. Тухбатуллин считает, что Ашхабад, скорее всего, заинтересован в обратном. На его взгляд, «если бы дороги были открыты из Турции, многих бы вывезли на родину» (подразумеваются туркменские мигранты – ред.). Вместе с тем Фарид Тухбатуллин полагает, что Соглашение является взаимовыгодным для обеих сторон. Главный редактор turkmen.news Руслан Мятиев согласен с Ф. Тухбатуллиным относительно проблематики трудовой миграции. Он уточняет: «За годы независимости власти потратили немало усилий и средств, чтобы создать в мире образ Туркменистана как процветающей страны со счастливым и беззаботным населением. Целенаправленная отправка мигрантов куда-либо не соотносится с этим образом».

Известный российский эксперт по Центральной Азии Андрей Серенко думает, что «ратификация соглашения 17-летней давности, очевидно, является признаком начала перезагрузки в российско-туркменских отношениях». Он видит в основе такой перезагрузки взаимный прагматичный расчет, что, по его мнению, говорит «о глубине и перспективности начавшегося процесса сотрудничества». А. Серенко полагает, что «многолетний социально-экономический кризис» заставляет Г. Бердымухамедова «искать новые схемы и варианты партнёрских отношений». Кстати, недавно сообщили, что в Туркменистане закрывается отделение Национального банка Пакистана, которое было создано в 1990-е годы для продвижения проекта ТАПИ. Насчет этой новости Р. Мятиев в Фейсбуке сказал, что это, по-видимому, начало конца проекта ТАПИ. Как известно, Аркадаг сильно рассчитывал на запуск газопровода ТАПИ, полагая, что он позволит залатать дыры в бюджете и разрешить ключевые социальные проблемы.

На взгляд Серенко, для России сегодняшнее развитие отношений с Туркменистаном продиктовано прежде всего перезагрузкой её каспийской стратегии. А. Серенко сообщает, что сегодня Россия начинает модернизацию портовой инфраструктуры на Каспии, готовится к практической реализации проекта МТК «Север-Юг» (редакция – Данный транспортный коридор призван обеспечить транспортную связь между Россией, странами Балтии и Индией через Иран). Серенко считает, что Москва готова «рассмотреть возможность строительства канала "Евразия" (от редакции - проект воднотранспортного соединения Каспийского моря и Азово-Черноморского бассейна), в чем весьма заинтересованы китайские и казахские партнёры Кремля». В связи со всем этим «Россия заинтересована в предсказуемой и стабильной политической ситуации в Каспийском регионе». 

Помимо всего прочего, Серенко полагает, что «Россия предвидит активизацию на постсоветском пространстве и в Прикаспийском регионе западных стран - США и Евросоюза, а также Китая и Турции». Соответственно, это «не может не тревожить Кремль, рассматривающий Каспий в качестве регионального элитного клуба государств, доступ в который должен быть закрыт для стран, не имеющих естественного выхода к каспийскому побережью». Вдобавок ко всему Россия настроена контролировать разворачивающиеся сегодня процессы в Афганистане. Имеется в виду более активная интеграция Афганистана в центрально-азиатское сообщество, которую продвигает Вашингтон. Москве нужны «определенные гарантии и для своих интересов в этом процессе, учитывая участие в нем сложных для РФ западных партнёров». В этом плане, например, России ни к чему будет появление на земле Туркменистана западной военной базы. 

В Афганистане «Россия могла бы при туркменском посредничестве присоединиться к проекту ТАПИ (на этапе не пустых разговоров, а практической реализации), а также принять участие в проектах реконструкции трансграничной железнодорожной сети, охватывающей Афганистан, Иран и центрально-азиатские государства». В силу географии в проекте МТК «Север-Юг» очень высока роль Туркменистана. Таким образом, «без перехода на новый уровень стратегических отношений с Ашхабадом» все вышеперечисленные «российские» задачи не решить.

Интересы России совпадают с интересами Туркменистана по ряду пунктов, в первую очередь по вопросам использования разностороннего потенциала Каспия. Не случайно Г. Бердымухамедов здесь построил крупную туристическую зону «Аваза», активно развивает город Туркменбашы, предложил создать на Каспии международный инновационно-технологический центр, а также инициировать в ООН диалог по комплексному развитию прикаспийского региона. Потому-то Ашхабаду, как и Москве, будет выгодно, согласно Соглашению, бороться с трансграничной организованной преступностью, незаконным оборотом оружия и наркотиков, нелегальной миграцией, терроризмом; взаимодействовать «в целях укрепления мира, повышения стабильности и безопасности в Центральной Азии». 

По всей видимости, Г. Бердымухамедов согласится с Россией относительно необходимости контроля за деятельностью Турции по меньшей мере в Прикаспии. Ведь сегодня большая часть протестных акций туркменской оппозиции проходит в Туркменистане, что не может не раздражать Ашхабад. Недавно власти Турции отказались депортировать на родину туркменскую активистку Дурсолтан Таганову, которая «стала лицом туркменской оппозиции за рубежом». В этой связи отметим, что после «Карабахской» победы Азербайджана в российских СМИ пошли публикации в русле того, что Турция на пороге того, чтобы стать лидером тюркоязычного мира. А ведь в этом «мире», помимо Азербайджана и самой Турции, есть четыре страны ЦА - Казахстан, Кыргызстан, Туркменистан и Узбекистан. Поэтому нельзя исключать, что вслед за этим туркменская политика нейтралитета и многовекторности станет формальностью, ибо Ашхабаду придется принимать решения с оглядкой на Москву.

В то же время главный редактор сайта «Хроники Туркменистана» Руслан Тухбатуллин в конце прошлого года в интервью нашему сайту заметил: «Россия снова стала интересна Туркменистану после того, как возобновились закупки Газпромом туркменского газа, хотя и небольшого объема. Кроме того, очень важным для Туркменистана является проект газопровода через Каспий. Этим летом была, наконец, подписана Конвенция по правовому статусу Каспия, которая дает юридическое обоснование для начала прокладки трубопровода. Проблема здесь в том, что все пять прикаспийских стран должны утвердить проект, убедившись в его экологической безопасности. На мой взгляд, это не более, чем инструмент для торга. Разрешение в обмен на…стратегическое партнерство?». Иначе говоря, возможно, что рассмотренное Соглашение выступает для Ашхабада не только как нужный инструмент укрепления безопасности, развития экономического сотрудничества с Россией, но и также как плацдарм для продвижения проекта транскаспийского газопровода в Европу через Азербайджан. Впрочем, весьма сомнительно, что Ашхабад сможет водить Москву за нос, используя её в своих «многовекторных» проектах… 

Читайте еще:
Мнение