Была ли демократия в Казахском «ханстве»?

Была ли демократия в Казахском «ханстве»?

И было ли вообще государство...

На разных дискуссионных площадках нередко можно услышать, что казахи раньше, в Казахском «ханстве», якобы жили в условиях демократии, были свободными людьми, активно влияли на деятельность ханов. Опираясь на исторические источники и признанные научные исследования, мы попробовали разобраться, так ли было на самом деле, или это желаемое, выдаваемое за действительное. Разумеется, мы далеки от того, чтобы считать этот небольшой экскурс каким-то откровением, строгим научным исследованием. Тем не менее, надеемся, что он хоть немножко, но прояснит этот проблемный вопрос. 

Ряд современных казахстанских историков полагает, что Казахское «ханство» обладало «всеми атрибутами суверенного государства: централизованным управлением, осуществляемым ханами; налоговой системой, армией (ополчением), законодательной базой, внешней политикой и т.д.». Первым делом отметим, что Казахское ханство - название условное, потому что это «ханство» редко когда представляло собой прочный, устойчивый, централизованный союз родов и племен казахов. Алихан Букейханов писал, что казахи «относились свободно к своим султанам и ханам, признавая их власть, пока их интересы совпадали с видами самоуправляющихся родов». Он также сообщал, что казахи никогда не имели «верховной власти, которую немыслимо было создать в вольной степи, где искони традиционная форма власти сосредотачивалась в руках самоуправляющегося рода и его вожаков».

Петр Рычков в 1740-х годах информировал, что у казахов «есть обычай и салтанов предпочитать ханам, особливо ж когда видят слабость ханскую». Он пишет, что правление у казахов не соответствует всем известным формам, полагая, что оно может быть названо «родовым и семянным (и так похожим несколько на демократию)». Рычков отмечает, что среди казахов «всякой отличает себя от простых людей не чином, но богатством или наездничеством, из которых первых называют они бай…а других – боатырь. Сие ж последнее в разговорах придают они часто и самим ханам и салтанам. В улусных же старшинах бывают у них люди выборные по разуму и по богатству, а притом и по старости лет их». Далее он рассказывает - казахи почитают и уважают только тех султанов, ханов, кто силен и храбр в делах военных, и незамедлительно покидают мягких ханов.

Переводчик Отдельного Сибирского Корпуса Ф. Назаров в начале 19-го века писал про казахов: «Они не платят никакой дани; кочующая жизнь избавляет их от большой подчиненности, и право сильного господствует там во всей силе». Кутлу-Мухаммед Тевкелев сообщает, что в казахской степи «ханы несамовластные» и казахи «издревле самовольные и необузданные люди…ханов и султанов, и знатных старшин не слушают, когда вознамерятся на худые дела» и повинуются только под страхом наказаний, разорения. А.И. Левшин отмечает: «Непрочность властей, у киргизов существующих, неопределительность оных, слабость, свобода переходить из-под одной к другой, отсутствие законов, ненаказанность преступлений очень близки к тому понятию, которое обыкновенно разумеется под словом "анархия"». Авторитетные казахстанские историки показали, что у казахов старшими ханами обычно становились те «правители, которые были старше по возрасту современных им ханов, превосходили их сроком давности поднятия на «белой кошме», имели большой опыт управления казахским народом и пользовались значительным личным влиянием и авторитетом у большинства степняков».

Однако это не была политическая демократия, как форма правления на основе соответствующих, системно функционирующих государственных институтов, с избираемым профессиональным аппаратом управления. Опираясь на указанные сведения, можно увидеть в Казахском «ханстве» сочетание элементов «военной демократии» и «вождества» (чифдом). Военная демократия – это правление военных вождей, которое относится к последнему этапу «догосударственного развития общества». В вождестве, как правило, есть централизованное управление, социальное и имущественное неравенство, но отсутствует формальный, легализированный аппарат принуждения и насилия. В чифдоме еще нет прочного, устойчивого властвования и централизации власти, «действующей от имени всего населения». В государстве правящая элита на профессиональной основе управляет страной, народом с помощью специальных институтов, органов управления, принуждения, насилия, с наличием регулярной армии. В этом плане вождество является формой политического устройства социума, находящегося в переходе от родоплеменной общины к государству.

При определении характера политической системы Казахского «ханства» можно также использовать понятие «потестарная, догосударственная власть», в которой нет выделения «из общества социальной группы, занятой управлением на постоянной профессиональной основе и стоящей над обществом». Потестарностью называют такую форму организации политической власти «в доклассовых и раннеклассовых обществах», не имеющую «политических и государственных институтов и атрибутов». В потестарной политической форме родоплеменные и общинные предводители, вожди правят не с помощью специального аппарата управления и принуждения, а на основе личных качеств и достоинств, авторитета, харизмы, силы, ума и опыта. Как видим, эти определения соответствуют приведенным нами историческим фактам. Военная демократия является исторически первой формой потестарной власти. В ходе развития социального расслоения, появления частной собственности, выделения профессионального управления военная демократия трансформируется в вождество, последнюю форму потестарной власти, предшествующую государству.

Таким образом, Казахское «ханство» не было не только классической демократией, но и классическим государством и, соответственно, не может напрямую соотноситься с современными формами правления. Выводы нашего обзора ни в коем случае не являются неким обоснованием действующих в нашей стране политических практик и какой-то уничижительной политической оценкой. Мы исходили из научных требований беспристрастного, безэмоционального рассмотрения объекта, пытаясь избежать мифотворчества. В изучении истории казахов часто можно встретить разные мифотворчества, когда «исследователи» занимаются подтасовкой фактов, событий ради каких-то клановых, политических интересов. Например, все мы являемся свидетелями сплошной батыризации нашей истории, когда «батырами» объявляются нужные кому-либо предки, не имея на то никаких оснований. Безудержное восхваление прошлого, с его мифологизацией – обычная для мировой истории вещь. Еще древние греки рассматривали свое прошлое как «золотой век». Такой посыл понятен людям, которые не имеют уверенности в сегодняшнем и завтрашнем дне, живут все время в тревоге, не чувствуя себя защищенными в первую очередь от произвола государства…

 

Аналитический отдел Platon.asia

 

Фото: ic24.kz